Все разделы
  • @
  • «»{}∼


Иван Охлобыстин:
«Всегда пиши книгу, которую сам бы хотел прочитать»

Иван Охлобыстин

Беседовала Ольга Саломатина

Сказать про Ивана Охлобыстина, что это человек с разносторонними интересами и захватывающей биографией — не сказать ничего. Бывший байкер и хулиган, примерный семьянин, священник, актёр, сценарист, режиссёр, журналист, драматург, писатель, колумнист, креативный директор — всё это про него. Недавно вышла новая книга Ивана «Песни созвездия Гончих Псов», поэтому редакция OZON Гид поспешила встретиться с ним и по свежим следам взять интервью о книге, взглядах на чтение и жизнь.

— Иван, посмотрела и прочитала несколько ваших интервью: вы производите впечатление очень образованного человека. В вашей речи присутствуют красивые обороты, интересные сравнения и аллюзии. Уверена, вы много читаете.

— Да, я принципиально много читаю. Раньше я это любил больше, конечно. Сейчас я заставляю себя это делать.

— Какие книги вам больше нравятся?

— Разные. У меня довольно стандартный набор. Разумеется, я любил Булгакова, для меня откровением была «Мастер и Маргарита». Если что-то новое выходит, я стараюсь за всем следить. Недавно Э. Резерфорда прочитал, «Нью-Йорк» — отличная книга про историю города. А перед этим я читал милую даму, американскую писательницу, очень достойную. В её книге прослеживается судьба героя, от маленького ребёнка, воспитанного индейцами, до того момента, как он становится мохнатым и обзаводится семьёй. Такие вещи люблю. Обе книги в стиле «Шантарам», но он немного попсовый и с Гоа-оттенком, пестротой берёт, а эти книги — массивностью.

У меня очень хорошая была преподавательница по литературе во ВГИКе. Мне всегда везло на учителей литературы. Когда я в деревне учился, у нас тоже очень хорошая дама была, которая преподавала. И самое главное, чему она нас учила — это любовь к слову как таковому, как к выразителю. Она предлагала нам проанализировать процесс чтения и понять, как с помощью него механически улучшать своё воображение, свой рассудок, IQ.

Почему мы не можем отказаться надолго от чтения литературы?

...Потому что сама технология чтения — это своего рода метода (причем единственная) для существенного повышения уровня IQ.

— Вот представьте, что на физическом уровне происходит. От бумаги, на которой каракули какие-то, идёт отражение этого через хрусталик на глазное дно, где всё анализируется в течение какого-то крупного отрезка времени (по меркам психосистемы). И нам выдаётся видеообраз, мы слышим аудио, понимаем, усваиваем... Идеальный текст как раз должен строиться на трёх-четырёх параметрах, должны быть затронуты зрение, слух, осязание.

— Да, действительно интересно! Может, вы ещё читаете научные книги или модный сейчас научпоп? Что-то ещё?

— Скажу так.

...Я пользуюсь общественным интеллектом.

— Приведу пример. Когда я прихожу в магазин «Одежда», чтобы купить костюм, я иду к даме, которая куда лучше разбирается во всём этом. Объясняю ситуацию, ставлю задачу. Нужно выглядеть, как венецианский клавесин, отделанный перламутром, например. В следующий раз такой костюм я надену в гроб. (Смеётся.) Нужно, чтобы все понимали, что это за костюм, чтобы была какая-то специальная бирочка, которая сообщает, что он стоит 5 тыс. долларов. Ну вот что-то знаковое, в соответствии со вкусом общества на данный момент. Лучше неё мне не выбрать.

Что ещё читаю? Прилепина в первую очередь. Пелевина, если что-то новое выпускает. Пелевин всем хорош, но мне кажется, что уровень его таланта позволяет ему шагнуть на уровень выше, а он все ещё находится на уровне фельетонизма по причине возрастной тяги к популярности.

— Кто же в наше время не хочет популярности?

— Надо умно это делать. Это должно быть долгосрочное вложение. Ничто хорошее не делается просто, всё равно какие-то потери несёшь. Либо временные, либо энергетические, либо материальные. Он [Пелевин — прим. ред.] пишет хорошо, но берёт мелкую тему, раскидывая в бисер, чтобы глаз ласкать. А за этим бисером — пустота. Это прекрасно. Это красиво. Он мог бы стоять в одном ряду с Захаром Прилепиным, но всё же их нельзя поставить в один ряд. Там тоже шитье по золоту: с точки зрения литературы безукоризненная насыщенность сверхобразами и приятная мировоззренческая конструкция. Человек меня побуждает думать, сопереживать. Он меня уважает, потому что признаёт меня как человека, как существо, которое может принимать решение. Вот этим литература очень важна.

— Если говорить о вашей книге «Песни созвездия Гончих Псов», вы хотите, чтобы в книге было больше смысла, чтобы она заставляла человека не только прочитать, закрыть, забыть, а думать дальше? Книга основана на этом принципе?

— Конечно. Это один из моих основных принципов, такая сверхидея. Тут свой букет: как сталь варят из разных слоёв, духи состоят из разных слоёв, всё слоями. Детская грусть о невозможности вернуть то, что было. Социальный аспект не упущен. Современный мир, современные люди. В каких-то образах люди должны себя узнавать. Мы в принципе одинаковые, у нас небольшое количество физиогномических типов.

— Почему действие происходит в провинции, а не в крупном мегаполисе?

— Дело в том, что в мегаполисах нет жизни. Там люди стремятся к хорошей жизни, даже просто к жизни, выжить.

— К существованию, может?

— Да, к нему. Существование есть, а жизни нет. Жизнь может быть только в провинции, где есть возможность в какой-то момент остановиться и бескорыстно посмотреть на звёздное небо. Существовать в природе в таком, как его назвать, дзене, что ли, когда тебе ничего не нужно и ты счастлив тем, что у тебя есть на данный момент. В мегаполисах это очень редкое явление. Это какие-то очень мудрые, смелые люди... Джедаи. В деревне со всех сторон такие джедаи. В книге есть образ, Гаврилыч. Его основное достоинство — он самый главный по природе. Чем он так велик? Тем, что он просто человек. Просто человек. Нормальнее человека быть не может.

— Название книги — «Песни созвездия Гончих Псов». Мне кажется, «Гончие Псы» — это метафора, которая всё-таки относится к мегаполису, когда мы пытаемся угнаться за чем-то, за какими-то благами, брендами, друг за другом, за всем-всем-всем. А почему «песни» и почему «созвездия»? И права ли я по поводу «Гончих Псов»?

— Ты неожиданно права, но это уже второе значение. Первое значение в том, что главный герой — спившийся блестящий физик, выброшенный цунами 90-х на скалистый берег. Искалеченная душа, потерявшая близкого человека, вообще все идеалы, идущая навстречу смерти. Когда-то в детстве в пионерском лагере он закапывал «Капсулы времени» или «Капсулы завета», это была пионерская традиция. Приезжала сверлильная буровая машина, делала метра на три дырку, туда закладывали металлический тубус. В тубусе такая грамота: «Вы наши великие потомки... С пионерской смелостью мы обещаем сделать всё, чтобы вы когда-то смогли любоваться закатами в созвездии Кассиопеи и наслаждаться пением на планетах созвездия Гончих Псов». Эта фраза — памятная формула для него, с неё он начинал каждый урок физики... Сейчас я буду уже сюжет рассказывать, а мне жалко. Вот чего я добиваюсь от книги, почему я читаю книги. Именно из-за ощущений.

Я вот уже упомянул Резерфорда, ему удалось картинку создать, я вижу, что у него происходит. Где церковь находится, где арсенал. Я даже город представляю, потому что он описан с начала его создания, когда на берегу ещё ничего не было. Он создал микроатмосферу, доступную только очень хорошему художнику-литератору. Маркес был гений в этом отношении. Опять же Булгаков был гений. Толстой был гений в создании такой атмосферы. И мне очень бы хотелось соответствовать великим. Конечно, я не могу претендовать на это, но хочется хотя бы прикоснуться и поделиться этим с теми людьми, которые думают так же, как я.

— Все книги у вас печатные. Не было ли задумки сделать аудиоверсию? Я знаю, вы читали сказки из «Сапфировой», «Рубиновой», «Изумрудной» книг сказок. Ваш голос очень узнаваем.

— У меня здоровая психика. Один из показателей здоровой психики как раз то, что тебе не нравятся твоё изображение и твой голос в записи. Я не люблю свой голос. Не могу быть тут объективным. Но я буду рассуждать так, как со стороны мне скажут те люди, которым я доверяю, которые меня любят. Мне самому лично больше нравится, когда другой человек читает, артист. Так озвучивали «XIV принцип».

Мне не нравится просто роман, мне нужно паутину сплести. Нужно, чтобы человек начал читать, пошёл чаю заварил, вернулся назад — продолжил. С женой поговорил. Вернулся — продолжил читать. И чтобы он специально не торопился. Чтобы он перед сном, глазки закрыл, книжку отложил, улыбнулся и уснул.

— Тогда думаю, что вы подтвердите мои предположения, что аудиокниги вы не очень любите, потому что аудиокнига — это скорее как фон, от него всё равно отвлекаешься. А если читаешь книгу, это физический носитель, у тебя работают воображение, осязание.

— Да, согласен. Учительница моя говорила, что чтение — единственный способ развития своего интеллекта. Такой проверенный способ, потому что у тебя работает мозг. Весь мозг со всей периферией. Он складывает образы, что является вершиной интеллектуальных достижений. Фантастика. Ты сначала фантазируешь дом, потом рисуешь дом, потом зарабатываешь на дом, строишь дом... Но первое — ты придумываешь его. Ответственный за придумывание участок мозга как раз развивается чтением.

Аудиокниги очень выручают, когда нужно большие книги освоить. У меня так было однажды: я прослушал 12 томов, которые я просто не прочитал бы. А тут я много ходил из соображений спорта: мне очень нравится по природе, километров 50. Я вставлял в уши наушники, ходил и слушал.

Человек — это маленькая Вселенная. Он прочитал или выслушал книгу. Если мне удалось поделиться своей вселенной, я уже у него в голове, и его мир будет на одну красочку больше. Мы же должны судить по образу и примеру. Что нам нравится, то мы и делаем. Вот я пишу книгу, которую хотел бы сам прочитать. Это кто-то из великих сказал, не помню кто.

...Всегда пиши книгу, которую сам бы хотел прочитать.

— Ваши близкие читают ваши произведения?

— Я капля в море их сознания. Вася прочитал раза 3 и слушал на диске «XIV принцип». Дуся и Анфиса — не знаю. Варя прочитала, скептично отнеслась. Ей понравилось, что папа решился, потому что тема сложная. Нельзя выпадать из самой легенды Варкрафта и всего, что связано с фэнтези — там сложившаяся такая косплей-культура. Савва нет, Савва отрывками. Нюша слушала. Но за этим они слушали ещё десятки книг и прочитали десятки. У них периодами такими запои происходят, что они читают, читают, читают. Иногда не заставишь, а иногда в удовольствие.

— Вы упоминали сегодня Маркеса. Его книга «Сто лет одиночества» мне «не зашла», но удивительно, что аудиоверсия понравилась куда больше. После книжки у меня не сложилась картинка, а аудио помогло.

— Бывает. Мы же — Вселенная. Вот Оксане, самому любимому, близкому и понятному мне человеку, Маркес тоже не нравится. Но при этом она его прочитала, честно. Она начитанная в принципе. Вынужденно начитанная, потому что она должна у детей всё проверять. «Боевая машина №3» я её называю.

По поводу речи, возвращаясь к началу нашего разговора про изящную речь. Есть очень хороший способ сделать так, чтобы дети красиво заговорили. Они с удовольствием в это играют. Главное — из спортивных соображений, не обременяя никаким смыслом. Вот идёшь куда-нибудь на час-два, просто по парку погулять с сыном. Перед этим предлагаешь ему прочитать какую-то книгу. И потом, пока вы гуляете, просишь его пересказать, что он прочитал, чтобы ты понял. Но приходится и тебе читать эту книгу — такая жертва родительская.

— Зато есть что обсудить!

— У меня Васька заговорил, как Цицерон. А раньше говорил очень скомканно, потому что в школе они как павианы общаются: у-у-у, а-а-а... И я так общался в детстве, я знаю, это свойственно возрасту. Там не нужно много слов для того, что они переживают сейчас. А во взрослой жизни всё равно ему понадобится способность изящно выражать свои мысли. У кого будет лучше получаться? Кто речью владеет. Речь — вершина. После того как мы научились думать, мы научились выражать, точкой выражения является речь. Всё великое просто. Главное — просто. Книжка — нюхать, трогать... Набор чувств.

Родителям советую читать перед сном. Мы когда с Оксаной поженились, очень серьёзно к этому отнеслись. Люди мы были активные, два огонька. Мы поняли, что если не будет чего-то общего, не будет единой базы, мы друг друга спалим в тлен. Главный детский психиатр Москвы говорил на лекции в Политехническом музее: если хотите сохранить с вашими детьми хороший контакт после подросткового возраста, читайте детям перед сном. Всё равно что. Желательно, чтобы был там элемент педагогических нравоучений, но в принципе подойдет Кир Булычёв. Оксана моим прочитала всё. Она чуть-чуть читала Евангелие, такой священный мир на входе в фантазию: мы должны быть Богом защищены, а заодно и дети впитывают религиозные культуры ненасильственно. Потом Кир Булычёв. Они прочитали всего Роджера Желязны, большую часть Стругацких. Дальше Лем, Терри Пратчет. Так что читать — это прямо мистический момент. На этом можно построить будущую национальную идею.

...Мы же были когда-то самым читающим народом на Земле.