Когда после успеха "Навигатора" стало понятно, что незаписанного материала набирается на целый альбом, в голове у БГ сразу появилась мысль "создать хулиганское lo-fi продолжение и назвать его "Аллигатор". Но предварительные демо-записи на Пушкинской, 10 показали, что откровенные ауттейки неожиданно склеиваются в полноценное произведение. Несмотря на финансовую незащищенность, музыканты решили рискнуть продолжать записываться в Лондоне.
Работу продолжили с тем же коллективом, который записывал "Навигатора" - Kate St. John и Jerry Boys. Гребенщиков вспоминает: "Когда я позвонил звукорежиссеру Джерри Бойзу и сказал, что мы вновь собираемся записываться у него, Бойз ответил: "Я долго думал и понял, что вам нужно". И достал в Лондоне старинные приборы, которые с конца 60-х никто не использовал - какие-то невероятные ламповые компрессоры".
"Снежный лев", изначально не имевший особой предыстории, в итоге был просто облеплен легендами и мифологией. Песни появлялись в контексте всевозможных "стечений обстоятельств". "Древнерусскую тоску" Гребенщиков написал за один час, отдыхая с семьей на захламленном египетском пляже. "У меня с собой не было гитары, - вспоминает БГ. - И я сидел, стуча по коленке рэп и начитывал его моим детям - Марку, Глебу и Василисе. Они сказали: "Отлично. Это то, что надо". Удачно вписался в альбом и сравнительно старый хит "Дубровский", записать который у "Аквариума" не получалось с 92 года. Любопытно, что "Дубровского" в свое время высоко оценил Булат Окуджава. Как гласит история, на концерте, где чествовали престарелого барда, Гребенщиков вышел на сцену с акустической гитарой и спел "Дубровского". Булат Шалвович обнял рокера и сказал: "Вот это-песня!"
Возникновение текста для "Великой железнодорожной симфонии" стало очередной мистической историей. Однажды в самолете Питер-Москва поэт Андрей Чернов подарил лидеру "Аквариума" книжку своих стихов. На высоте 9000 метров БГ неожиданно уткнулся взглядом в строчку: "Машинист и сам не знает, что везет тебя ко мне". Эта фраза так крепко запала в восприимчивое сознание Гребенщикова, что музыкант не мог от нее избавиться в течение нескольких месяцев. В результате как-то ночью он позвонил Чернову и объяснил ситуацию: "Вы не будете против того, если я использую Вашу фразу в своей песне" - "Я буду за".
При записи "Великой железнодорожной симфонии" Джерри Бойз заказал старинный меллотрон 60-х годов - чтобы создать необходимый психоделический звук на финальной композиции альбома. Так сказать, подведение итогов трилогии "Кострома" - "Навигатор" - "Снежный лев", совершенство мелодии и гармонии, один из реальных пиков "Аквариума" середины 90-х.
| К данному изданию прилагается многостраничный буклет с историей создания альбома, фотографиями участников группы. |