Миссис Дэллоуэй. На маяк. Орландо. Волны. Флаш. Рассказы. Эссе

Там, где Ум особенно велик, Сердцу, Чувствам, Великодушию, Щедрости, Терпимости и Доброте просто дышать нечем. Вирджиния Вулф, 20 марта 2012 г.

Кошкина Нина (Россия) все отзывы

"ОРЛАНДО" Еще одна книга-потрясение!!!
Из дневника Вирджинии Вулф «1927 ГОД. 8 октября. Я теперь принимаюсь, в какой-то мере скрытно, но с тем большей страстью за «Орландо». Биографию. Я погрузилась в несказанное удовольствие сочинять мой фарс; я наслаждаюсь им так, как еще никогда не наслаждалась. «Орландо» пишу в несколько ироничном стиле, но просто и ясно, чтобы читатели поняли каждое слово. Однако стараюсь точно соблюсти равновесие правды и фантазии. Мне нравятся простые предложения. Книга должна быть полусмешной-полусерьезной, с яркими всплесками преувеличений.
1928 год. «Орландо» закончен вчера 18 марта 1928 года. Эта книга написана быстрее всех остальных; она – сплошная шутка, и читать ее весело и быстро.
Дело сделано. «Орландо» был начат восьмого октября как шутка, а теперь стал длинным, на мой вкус. Он может провалиться между двумя стульями, ибо слишком длинен для шутки и слишком легкомысленен для серьезной книги. Даю слово, что я больше не прикоснусь к «Орландо» (21 апреля 1928 года), потому что он уродец; в сентябре он выйдет, хотя настоящий художник еще поработал бы над ним, почистил, отполировал – это можно делать до бесконечности. Леонард (муж) принимает «Орландо» серьезнее, чем я ожидала. Думает, он кое в чем лучше, чем «На маяк». По правде говоря, я бралась за него как за шутку и уж, потом стала относиться к нему серьезно. Поэтому в нем нет единства. Заказано третье издание «Орландо». Мы продали больше шести тысяч экземпляров, а скорость продаж странным образом не снижается – сегодня, например, сто пятьдесят экземпляров. В первый раз с тех пор, как я вышла замуж я сама трачу деньги».
Мне же «Орландо» не показался смешным, легким и быстрочитаемым произведением. Сначала автор старается говорить с нами доверительно-страстно, с чувственным надрывом, потом вдруг настроение у нее меняется, она отчаянно мучается приступами смятения, неуверенности, потом впадает в меланхолию, и это проходит; она начинает играть с нами, смеется, усмехается, не договаривает. Настроение меняется быстро, часто и непредсказуемо. Я уставала, напрягаясь, откладывала книгу, возвращалась, перечитывала. Это произведение – огромный труд ума, ответственное чтение и в то же время наслаждение. Ты еще знаешь, что произведение не дочитано, торопишься, но понимаешь, что этого делать не надо. Чтение требует временного восприятия. Хотя мне в этом произведении не хватало душевного надрыва «На маяк»: там твое сердце обрывалось и вновь взлетало вверх. «Орландо» ровнее, глубокомысленнее. На мой взгляд, «Орландо» - самый провокационный роман, опасный и способный разбить иллюзию. Вирджиния Вулф утверждала, «иллюзии для души – как атмосфера для земного шара». Она смела. Она посмела вытащить из человека – любого человека независимо от пола- женщины ли, мужчины - его желания. У нас у всех живет бессчетное количество «Я». Как интересно, волнующе-интересно описывает она смену пола Орландо, которая произошла произвольно, просто, без усилий, вернее оттого, что свыше тень легла. Что за фантасмагория наша душа, какая свалка противоречий! Роман прелюбопытный, но очень непростой. Мне он показался самым сложным из произведений Вирджинии Вулф. Однако, как волнующе-радостно покопаться в самой себе с таким «проводником» .

Хотеть невозможного, хотеть и хотеть – да от этого заводится и переворачивается сердце! "На маяк", 20 февраля 2012 г.

Кошкина Нина (Россия) все отзывы

Если честно, никак не могу успокоиться: настолько потрясена «психологической поэмой» Вирджинии Вулф – «На маяк». Не могла даже предположить, сколько же неожиданностей преподнесет это произведение. Я говорю о стилевом содержании.
Такая пронзительная грусть, неожиданно захватывает тебя, с каждой строчкой все глубже и глубже, связывает, даже заковывает своими личными воспоминаниями, так сильно щемит сердце и не может успокоиться от нахлынувших воспоминаний. И твоя собственная память, потревоженная, разбуженная гениальным «потоком сознания» Вулф заставляет тебя трепетать и вспоминать, вспоминать, вспоминать… До бесконечности. «Тоска набухала». « Мы гибли, каждый одинок». «Сердце перестукнуло, оборвалось и заныло». « Ведь бывают же такие минуты, когда нет ни мыслей, ни чувств. Но когда нет ни мыслей, ни чувств – где ты тогда»? Это Вирджиния Вулф.
14 мая 1925 года Вирджиния Вулф записала в своем дневнике: «У меня окончательно сложилось желание заняться романом «На маяк». Он должен быть довольно коротким; в нем будет подробный портрет отца; и матери; и Сент-Ивза; и моего детства; и всего того, без чего нет моих романов – жизни, смерти и т.д. Однако в центре будет отец, сидящий в лодке, декламирующий. Мы гибнем, каждый сам по себе, а он в это время бьет умирающую макрель. Но я должна обуздать себя. Сначала нужно дать «Маяку» закипеть, добавляя по несколько фраз между чаем и обедом, пока он не забурлит. В нем все время должно слышаться море». В «Маяке» я бы хотела еще мельче раздробить чувства».
5 мая 1927 года. « Книга вышла. Мы продали 1690 экземпляров. Теперь книга на своих ногах».
Да, такие книги пишутся годами, пропуская их через свое сердце, а читаются многими поколениями и тоже через свое сердце.

Красная тонкая лирика, 30 декабря 2011 г.

Дмитрий все отзывы

Сколько же энергии, мощи томилось в Вирджинии!

Оригинальный язык - ответ на неукротимый век, неповторимая точка зрения, отличная и небезразличная (в то время как маститые мастера лишь "отрабатывали" какие-то темы). На родине Лермонтова её сочли бы фриком, как это - "женщина имеет мнение?!", но и поэту досталось. В Британии ей тоже пришлось не легко, но так или иначе - она вписала себя в её анналы, хотя и уже не узнала об этом.

Очень приятно, что в данном томе почтительно отнеслись к её наследию и собрали как можно больше материала для чтения!