|
Пол Маккартни в интервью перед концертом признался, что чуть ли не боится забыть слова "Yesterday": он читает сейчас "Код да Винчи" и ни о чем другом думать не в состоянии. "Вау!!!" - мяукает рецензентка New York Times Review of Books, но тут же берет себя в руки: "Челюсть отваливается". "Если ваш пульс при чтении этого романа не начинает биться как сумасшедший - немедленно к терапевту!" - подкидывают угля ее коллеги. Да уж, тут не то что "Yesterday" забудешь - мать родную продашь: "Код да Винчи" - бестселлер даже не года, а десятилетия; взрослый аналог "Гарри Поттера".
В Лувре, прямо перед "Джокондой", убит куратор музея. Оставленные им знаки указывают на американского специалиста по религиям и символам Роберта Лэнгдона. Но внучка убитого, шифровальщица Софи, не верит в виновность американца и вместе с ним принимается за разгадку головоломок мертвого деда. Выясняется, что дед, как и да Винчи, был магистром тайного ордена хранителей Грааля. Открытия становятся все более сенсационными: Грааль - это не чаша, а… Иисус был не холостяком, а мужем… на "Тайной Вечере" нарисован не святой Петр, а…
Здесь все за чем-то гоняются: за тамплиерами, за папой Римским, за чем угодно - но только не за правдоподобием. Вся полиция Парижа не в состоянии догнать автомобиль "смарт": герои Брауна функционируют будто внутри зеноновской апории об Ахиллесе и черепахе. А когда девальвируются основные координаты - пространство и время, - то с какой стати верить явно поверхностно эрудированному автору, когда тот берется расшифровывать символику пентакля и толковать о линии у Леонардо?
Да, это очень динамичный роман, в нем все время что-то происходит - но закрыв книгу, понимаешь, что так ничего здесь и не произошло. Игла в яйце, яйцо в утке, утка в сундуке, сундук на дереве - и так до бесконечности; один код ведет к другому, другой - к третьему, третий - к тридцать третьему. Неудивительно, что когда доходишь до последней страницы, гораздо больше радуешься факту завершения этой бессмысленной цепи, чем интересуешься, почему так ничего и не найдено.
Может быть, огрехи в правдоподобии искупает грэм-гриновская лапидарность стиля? Да уж: "Сайлас вышел из черной "ауди", ночной бриз раздувал его просторную сутану. Дует ветер перемен. Он знал, что предстоящее задание потребует от него не столько силы, сколько ловкости и ума, а потому оставил автоматический пистолет в машине. Тринадцатизарядный "хеклер-и-кох" предоставил ему Учитель".
Брауна называют американским Эко, но его "Код", действительно напоминающий "Маятник Фуко", похож на него, как женщина-культуристка, которая в течение тридцати лет кололась анаболиками, на Аполлона Бельведерского. И вот это - "вау"? Да вы глаза-то протрите: совсем захлопотались, мамуля.
|
Дэн Браун, "Код да Винчи"
|