Самка детективообразного

О "звездах", Александре Марининой и Полине Дашковой, и так пишут достаточно. Я предлагаю сейчас обратиться к тому, что Сергей Гандлевский назвал "писательским средним классом". Такие имена, как Анна Малышева, Анна Данилова, Марина Серова, Виктория Платова, Елена Арсеньева, Татьяна Полякова неплохо известны любительницам жанра. Особенность их книг — некий гарантированный и ожидаемый уровень качества. Попробуем понять, как работает механика жанра, почему он привлекателен и чего, возможно, "в супе не хватает".

Собственно говоря, нынешние мужской триллер и дамский детектив — не совсем детективы. Прелесть классического детектива заключается в двуединстве его составных частей. Первая часть - "Загадка&разгадка". Логическим путем разоблачается неясная либо фальшивая картина событий и реконструируется истина. Простейший пример: если на предмете есть отпечаток пальца N — значит, N держал предмет в руках. Такая прямолинейная мысль может стать источником заблуждения "глупого" сыщика", тогда как "умный" сыщик, к примеру, обнаружит, что N касался предмета, принимая его за нечто другое. "Загадка&разгадка" в современных детективообразных текстах отрабатывается слабо либо не отрабатывается вообще. Если мы говорим сегодня "Интеллектуальный детектив", мы неимеем в виду утраченное искусство сюжетостроения, сходное, быть может, с искусством шахматиста; на самом деле мы говорим об авторских намеках на читательскую гуманитарную образованность плюс немного о хорошем языке.

Вторую составляющуюпривлекательности детектива обозначим как "человеческий фактор". Читателю должны быть интересны все герои: преступник, потерпевший, свидетели и прочие вовлеченные лица. Понятно, что никого не впечатлит убийство куклы. Прелесть детектива в том, что следователь разоблачает не только убийцу или вора, но и много кого еще. Следователь обнаруживает, что отношения героев вовсе не таковы, какими кажутся на первый взгляд. Часто в детективе интересны как раз побочные эффекты: человек, являющийся не тем, за кого онсебя выдает, вовсе не обязательно искомый сыщиком фигурант. В романах Агаты Кристи таких "законспирированных" персонажей набирается до пяти, и только один из них интересует следствие. Читателя в идеале интересуют все.

Современное детективообразное, как "женского", так и "мужского" пола, характеризуется атрофией первого фактора и гипертрофией второго. Если мы имеем дело с самцом детективообразного, то компенсация идет за счет актуальностиописанных событий (утром в газете, вечером в куплете), а также за счет героизации главного героя, способного проходить сквозь стены и делать сорок выстрелов подряд из восьмизарядного "Макарова". В женском детективе все одновременно и сложней, и проще. Нормальный ЖД сегодня — это гибрид детектива с любовным романом, причем детективный ген явно рецессивен. Суперэксплуатация "человеческого фактора" приводит к тому, что следователь не столько расследует, скажем, убийство, сколько выясняет отношения с прочимигероями текста. Детектив увязает в собственной периферии, в житейском веществе, так что под конец романа разгадка преступления делается просто неважна.

Естественно, что главный ресурс "человеческого фактора" — это фигура следователя. На его обаянии во многом держится интерес к детективообразному тексту. Эраст Фандорин — уже хрестоматийный пример того, как читательская любовь к герою "держит" сериал. Что касается дамского детектива, то здесь ничего подобного пока не создано. Даже известная Каменская, изрядно опошленная и оглупленная в "телевике", не вызывает настолько сильного приятия, чтобы читательницам стало интересно все, что с Каменскойпроисходит. Кстати, в последнем романе Марининой "Когда боги смеются" главная героиня понимает, что она в тридцать девять лет уже не девочка, что носить унисекс для нее неадекватно и вообще пора научиться принимать самостоятельные решения и нести за них ответственность. Вряд ли переход на "возрастную роль" будет способствовать второму рождению Каменской. Скорее уж Марининой пора обзаводиться новой главной героиней и затевать новый криминальный проект — если"русская Агата Кристи" вообще намерена продолжить литературную деятельность.

У "писательского среднего класса" в ЖД наблюдается два основных вида "следовательниц". Первый тип — это частный детектив. Тут следует сказать прежде всего о сериале Анны Даниловой, где главная героиня — сыщица Юлия Земцова. Действие происходит в провинциальном городе С., где процветает разнообразный криминал. Юля работает в частном детективном агентстве, которое возглавляет красавчик и ловелас по фамилии Крымов. Как только наклевывается дельце потрудней, Крымов посылает клиента к Земцовой, а сам предпочитает способствовать следствию своими связями в верхах и у смежников (милиция, ФСБ). Юля трудолюбива, удачлива, способна рисковать, в голову ей часто приходят светлые мысли; несмотря на то, что в части "загадка&отгадка" Данилова играет сЗемцовой в поддавки, в сериале иногда бывает интересна и логическая нить. Но главное — те душераздирающие любовные истории, которые происходят не только с клиентами, но буквально пронизывают маленький детективный коллектив. Любовный сюжет полностью вытесняет криминальный. Почему это сходит Анне Даниловой с рук? Потому, что ее Земцова действительно интересна, а главное — сексапильна. Нет такой создательницы ЖД, которая не пыталась бы придать своей главной героине это выигрышное качество. Но почему-то просто описание длинных ног и золотых кудрей эффекта не дает. Здесь есть нечто неуловимое, получаемое не в результате словесного портрета героини, но каким-то иным, более тонким способом. Могу предположить, что дело тут в личном авторском опыте, в том, насколько писательница способна уловить и передать мужскую реакцию на красивую женщину. У Анны Даниловой это получается вполне, у прочих авторов ЖД — в значительно меньшей степени.

Как пример можно привести создание упомянутой выше Марины Серовой — частного детектива с подчеркнуто простыми именем и фамилией: Татьяна Иванова. Эта лихая дама подается как секс-символ опять-таки провинциального города Тарасова. По ходу расследований госпожу Иванову избивают, взрывают, ломают ей конечности и устраивают сотрясение мозга. Однако героиня, подобно простому, легко ремонтируемому механизму, моментально приходит в норму и нимало не теряет женской привлекательности. Поверить вэто трудно — так же, как трудно заинтересоваться криминальными событиями, где жертвы стандартны, будто сосиски, измазанные кетчупом. Впечатление, будто Серова не "участвовала в боевых операциях", а лет пятнадцать проработала в советской газете, в каком-нибудь "Вечернем Тарасове", где вела рубрику "О людях хороших". Теперь она принялась писать "о людях плохих", но технология и стилистика остались те же самые. Не считая, конечно, того неизбежного факта, что между Серовой и ее читательницей явно посредничают оптимистические дамские "глянцы". Отсюда, видимо, принципиальная непотопляемость героини, столь же обаятельной, сколь может быть обаятелен бесполый пластмассовый пупс. Отсюда же — недостоверность Тарасова, где в качестве градообразующего предприятия мыслится не завод, но массажный салон. Попытка создать провинциальный город "под Москву" приводит к неприятной условности среды и к увяданию "человеческого фактора" — при том, что и загадка с разгадкой остаются у Серовой на уровне комикса.

Другой распространенный тип "следователя" в криминальных романах — это журналист, как правило, репортер криминальной хроники. Так, героиня романов Анны Михалевой по имени Алена Соколова работает в глянцевом журнале "Оберег", где ведет рубрику про знаменитостей. Со знаменитостями, естественно, происходят всякие кровавые истории. Характерно, что героиня — отнюдь не трудоголик, но скорее прогульщица. Редактор дает ей задание, но героиня и не думает его выполнять, зато везде сует свой нос,рискуя на каждом шагу стать живым и сразу же мертвым подтверждением пословицы "Любопытство сгубило кошку". Однако всякий раз Алена Соколова выкручивается, и сериал тем самым продолжается. Еще один пример: героиня сериала Татьяны Степановой, сотрудница пресс-центра МВД Катя Перовская. Несмотря на то, что в числе поклонников Кати — настоящий князь Сергей Мещерский, любовная линия не главная в "человеческом факторе" данного сериала. Тут скорее работает интерес к ментовской "команде", для которой героиня — "свой парень" и надежный товарищ. Жизнь у Перовской совсем не сахар, по бутикам и косметическим клиникам она не ходит, но почти на равных участвует в следствии "на земле". Она смела, трудолюбива и ответственна, при этом — не без чувства юмора. "Обреченные менты" Андрея Кивинова — Катины названные братья. Думаю, что эта героиня, несмотря на ее "неженственность", может потянуть сериал подлиннее остальных.

Отдельная статья — так называемый "иронический детектив". Многим нашим писательницам не дают покоя лавры пани Хмелевской, но успешной на этом странном поприще я бы назвала одну только Дарью Донцову. Дарья Донцова создала Евлампию Романову — странную девушку лет тридцати с небольшим, способную скормить автомату в метро чужую кредитку и выбежать из примерочной в дорогом некупленном костюме только потому, что мимо вроде бы прошел искомый свидетель преступления. Евлампия постоянно попадает в дурацкие ситуации, обламывается на доверии к людям и вообще смотрит на жизнь сквозь сильные розовые очки. Среда обитания ей подстать. После каких-то своих, тоже весьма курьезных, несчастий, Евлампия прибивается к семейке, состоящей из малахольных интеллигентов, трех собак, черепахи и ученого кота. В доме постоянно ночуют какие-то приезжие семейства из провинции, часто тоже со своим зверьем, приживаются больные старушки, которых бросили родственники, толкутся приятели и приятельницы, и дым стоит коромыслом. Евлампия играет роль не то домоправительницы, не то коменданта этого беспокойного общежития. Одновременно она то и дело ухитряется оказаться в центре криминальных событий, и виной тому — ее доброта. Именно потому, что героиня добра, она обаятельна. Видимо, столь неактуальное и никого не пленяющее качество должно было пройти через круги иронии, чтобы вернуться к читателю как бы с другой стороны.

Но самая необычная следственная бригада создана фантазией Виктории Платовой в ее новом романе "Ритуал последней брачной ночи". Такого я, по-моему, не встречала еще нигде. За расследованиеубийства берется компания проституток. Главная героиня романа первоначально предстает существом совершенно безмозглым. Она сама говорит о себе буквально следующее: "Теперь-то я точно знаю, где была, когда престарелый боженька раздавалмозги: в соседней очереди за французскими купальниками". Тем не менее, когда эскорт-девицу обвиняют в двух убийствах и объявляют в федеральный розыск, ее инстинкт самосохранения начинает работать. Ей на помощь приходят коллеги по ремеслу, дружные между собой, как Атос, Портос и Арамис. Понятно, что у профессионалок первой древнейшей — знание изнанки жизни, богатый жизненный опыт, и, поскольку девочки не из дешевых, — связи в верхах. Если Виктории Платовой удастся замотивировать их дальнейшую активность на ниве правопорядка, то у нее получится очень неслабый и весьма нестандартный сериал.

Дамский криминальный роман — весьма существенный сектор сегодняшнего книжного рынка. Несмотря на выдающуюся успешность отдельных авторов мужского детективообразного (между прочим, Б. Акунин не раз говорил, что пишет для дам), основной авторский костяк жанра составляют женщины. Как только в ЖД будет создан героический персонаж, равный по обаянию Эрасту Фандорину, возврата к "мужскому" детективу, возможно, уже не будет.