 |
Грузины в СССР были самой безмятежной нацией. Они единственные не мучились комплексами малого народа, русского ига и недостатка культурной автономии. Когда автономии начинало не хватать, грузин вез на рынок миллион алых роз, продавал их всем, кто влюблен,за мильон, и быстро самоидентифицировался на какой-нибудь отзывчивой блондинке. Или шел в армию и устанавливал там свое иго. Или обыгрывал всех в футбол, а по женской линии - в шахматы. Грузин единственный в СССР не подсчитывал скрупулезно, сколько его соотечественников выбилось в большие люди - и так знал, что много; один товарищ Джугашвили насытил национальную гордость на десятилетия вперед. Радостное чувство национальной состоятельности породило уникальный праздничный грузинский кинематограф, которыйтолько и делал, что обшучивал грузин. Еврейским, эстонским, украинским кинематографистам вечно не хватало пороха создать на экране добродушный, ироничный и оттого возвышающий образ хохла, маланца или горячего эстонского парня - и только грузины в грузинском кино постоянно мухлевали, задирались, пели длинные и скачущие ишаком песни и яростно плясали лезгинку в галстуках и глаженых брюках. В 1978-м самый обрусевший грузин Георгий Данелия собрал все мифы, правдыи предрассудки о маленькой, но драчливой, гребливой и удачливой нации, добавил к ним эстрадного певца и своего фирменного актера Бубу Кикабидзе (в титрах так и значилось -- "Буба") и слепил семикратно вспыльчивого, страшно усатого и невозможно галантного сына Кавказа в кожаной куртке и огромной фуражке. Мимина, который кур грузил.
Мимино (по-грузински "сокол") был всем грузинам грузин. Носил кепку-аэродром, швырялся деньгами в оркестр ина суде молчал, как стена. Мерз, но щеголял по морозу в штиблетах. Был не чужд кровной мести ("Такую неприязнь личную к потерпевшему испытываю - кушать не могу"), мотовства ("Какой нормальный человек в Москву без денег едет?! В ресторан пошли, туда-сюда закусили -- и кончились") и гусарства ("Ларису Ивановну хачу!"). Ценил знакомства (в Большой театр и гостиницу через Басова), родину (цепь на вертолете) и дружбу (зеленого надувного крокодила хачикянову Альбертику). И всюду его окружали курносые русопятыепрелестницы - Проклова, Дюжева и бесфамильная стюардесса Катюша. Нехороший грузин - потерпевший Папишвили - работал на овощебазе.
Успех был невероятным. Грузин из анекдотов слился с грузином из тигровой шкуры и покорил "старшую" нацию. Грузия для России была тем же, чем Сицилия для Америки -родиной мужества, шахер-махера и разбоя: в путешествия к дальним берегам Яузы и Гудзона всегда пускались самые отчаянные, алчные, предприимчивые и криминальные элементы, безбожно компрометируя коренную нацию, будь то макаронники или мандаринники. Данелия доказал, что расхожая рифма "грузин - магазин" поверхностна и не отражает всего затейливого рельефа сакартвельской души. Кикабидзе спел романс на тему фильма "Па-аэродрому" и превратился в четвертого секс-символа позднего социализма после Тихонова, Боярского и Михалкова (классификация Л. Парфенова), а два года спустя -- в народного артиста Грузинской ССР. Фильму дали Госпремию и выставили на все этнографические фестивали сразу. "Чита-маргарита" под бубен стала шлягером-78, а Георгий Данелия -- главным воплощениемгрузинского характера. В арбатских частушках-87 пели: "Гогия-Гогия, Чантурия-Гогия, гамарджоба, генацвале, режиссер Данелия".
Полгода спустя, в апреле-78, окрыленная Грузия снова подтвердила свою исключительность. На попытки ущемить права грузинского языка в республиканской конституции Тбилиси ответил такими мощными демонстрациями, что пленум ЦК спешно принял поправки и восстановил равноправие с русским. "Вах!" -- сказали грузины, разошлись по домам и немедленно принялись трунить над грузинами. Шашлычными бестиями, мандариновыми князьями, сыновьями осла и все же такими расчудесными ребятами. Бичо и батоно.
Впервые опубликовано в газете "Известия"
|
"Мимино"
"Афоня"
"Осенний марафон"
"Паспорт"
|