Таинственные острова дальних миров

Сто лет назад от нас ушел Жюль Верн, при жизни успевший стать культовой фигурой в научной фантастике. Верн был далеко не первым писателем, самозабвенно воспевающим Науку и Прогресс, но именно он сделал литературу о "чудесах науки" явлением поистине массовым. Удивительное это было время - когда для хорошо образованного французского беллетриста не существовало разницы между исследованием насекомых в дебрях Африки и исследованием морского дна при помощи "Наутилуса", между поиском пропавшего капитана и полетом на Луну... Все казалось равно достижимым и равно фантастическим. В том числе и построение идеального общества, основанного на тех самых "чудесах науки" - как в романе "Таинственный остров". Сегодня, когда вера в возможность Прогресса затоптана сапогами солдат двух Мировых войн, романы Жюля Верна кажутся смешными и наивными, зачастую перегруженными "науч-попом", устаревшим на сто лет... Но несмотря на это они по-прежнему востребованы - и читателями, и издателями, и даже кинематографистами, которые то "Путешествие к центру Земли" организуют, то "Вокруг света за восемьдесят дней" нас катают. К "Таинственному острову", правда, давненько никто из кинобратии не обращался. А напрасно: ядерный "паропанк" мог бы получиться, покруче "Турецкого гамбита".

Это, конечно, чистой воды вкусовщина, но для меня Роберт Силверберг до сих пор остается в первую очередь замечательным рассказчиком, и только потом - средней руки романистом. И виноват в этом сборник "На дальних мирах", одна из последних книг "мировской" серии "Зарубежная фантастика". Ну в самом деле: разве можно сравнить хлесткие, остроумные рассказы Силверберга с нудными, безбожно затянутыми (и к тому же отвратно переведенными) "Маджипурскими хрониками" или какой-нибудь, прости господи, "Бездной"? Есть, конечно, исключения, "Книга черепов" например. Но они, исключения, как известно, лишь подтверждают правило. Рассказы же из этого сборника написаны в классических традициях англо-американской НФ: энергичная завязка, философская проблематика, неожиданная ударная развязка - все как у лучших мастеров "золотого века". Образцовая научно-фантастическая "малая форма", вот у кого отечественным рассказчикам учиться надо. Ей богу, жаль, что новеллы Силверберга давным-давно не переиздавали. По-моему, это было более осмысленно, чем тиражировать иные его романы.

Мы часто говорим: "он внес заметный вклад в литературу такой-то эпохи". Джон Рональд Руэл Толкиен - сам по себе настоящая эпоха. О его жизни и творчестве написана целая библиотека, многие из этих книг были переведены и в России - особенно в последние годы, после триумфа кинотрилогии Питера Джексона. В нашей стране массовое увлечение творчеством Дж.Р.Р.Т. началось с первого полного издания "Хранителей", выпущенного издательством "Радуга" в 1988 году. Однако это не помешало стать легендой и капитальному омнибусу, подготовленному в 1991-м издательством "Северо-Запад". Толстенный, очень неудобный для чтения том... Но зато полный! Даже с приложением в отдельной брошюрке. А сколько людей под влиянием этой книги ушло в толкинисты! Те процессы, которые на Западе развивались десятилетиями, у нас произошли взрывообразно: в середине 1980-х ролевого движения не существовало вовсе, а к середине 1990-х сложилась уже целая субкультура с массой адептов... Интересно было бы провести исследование, в котором развитие различных неформальных молодежных движений в России было бы привязано к истории литературы - от Герцена до Толкина. Чем не тема для кандидатской диссертации какого-нибудь историка или культуролога?..

Плох литературный бунтарь и нонконформист, мечтающий устроить очередную революцию в фантастике, если среди его настольных книг нет романов Альфреда Бестера. Будущие мэтры "новой волны" только учились правильно писать "жЫ-шЫ", а Бестер уже бросил вызов обществу, всколыхнув затхлый мирок англо-американской SF своими "пиротехническими" конструкциями. Родители "киберпанков" еще пачкали пеленки, а он уже яростно и страстно описывал жизнь городского дна в мире будущего, которым правят гигантские транснациональные компании. Большинство тем "бунтарской" НФ XX века уходят корнями именно в его творчество - да еще, пожалуй, в произведения Теодора Страджона, также знавшего толк в эпатаже. Альфред Бестер написал совсем немного: практически вся его фантастика уместилась в четырехтомник, выпущенный десять лет назад издательством "Полярис". От жюль-верновского "поучать, развлекая" он ушел уже в самых ранних своих новеллах, таких, как "Рабы луча жизни" или "Бешеная молекула". Затем последовал десятилетний перерыв, после которого Бестер вернулся в фантастику обновленный - повзрослевший, посуровевший, твердо знающий, что НФ может быть взрослой литературой, позволяющей обсуждать вполне серьезные вопросы без скидки на жанр. Именно к этому периоду принадлежат два самых известных его романа: "Тигр! Тигр!" и "Человек без лица". Два других романа Бестера могли бы вызвать не меньший резонанс, но к тому моменту, когда они появились на свет, англо-американская фантастика была переполнена произведениями "сердитых молодых людей", и книги классика как-то потерялись на общем фоне. Между тем, Бестер продолжал писать НФ всю жизнь: его последний роман, "Психолавка", был завершен после смерти автора Роджером Желязны. Пожалуй, это единственная крупная фантастическая вещь писателя, не вошедшая в серию "Миры Альфреда Бестера"...

Цикл "Кибериада" начинался как своего рода пародия на жанр "рассказ из жизни роботов", стремительно набравший популярность в начале 1960-х, но быстро перерос заданные рамки. Глубокие социальные и философские проблемы Лем обыгрывает в "Кибериаде" легко и изящно, поднимая не менее сложные темы, чем в "серьезных" романах вроде "Соляриса" или "Фиаско". Более того: в этом цикле и в "Путешествиях Иона Тихого" безболезненно проходили такие намеки, за которые автору реалистического романа из жизни рабочего класса и трудового крестьянства в социалистической Польше живо показали бы кузькину мать. Литературный талант и умение держать фигу в кармане - в соцлагере эти два качества почему-то всегда шли в комплекте. "Кибериада", на мой взгляд, более всего напоминает литературный "театр марионеток" - иногда с отчетливыми уклоном в гиньоль. Забавные роботы в новеллах Лема лишены большинства человеческих качеств, но это позволяет писателю особо подчеркнуть те людские слабости и достоинства, которые он решил героям оставить. Воистину: гениальная карикатура куда больше похожа на оригинал, чем портрет в реалистической манере, выполненный посредственным маляром.

С детства подозрительно отношусь к фрагментам, отрывкам и "романам с продолжением". Всегда сохраняется ощущение, что самое интересное осталось за кадром, что сюжет оборван на полуслове, а развязка вновь ускользнула. Тем не менее, любителей подобной литературы - хоть отбавляй. И один из самых впечатляющих примеров такой "бесконечной истории" - цикл Роберта Джордана "Колесо времени". Автор, до того момента известный читателям как один из массы последователей Роберта Говарда, создал мир, в который можно погрузиться на годы, если не десятилетия. Роджер Желязны со своим десятитомным "Амбером/Ятарем" отдыхает - слишком мало побочных линий, слишком много чисто литературных условностей. То же самое с "Сагой льда и огня" Джорджа Мартина. Джордан же напоминает скорее акына, неторопливо и вдумчиво живописующего пейзажи воображаемого мира. Акына талантливого, в этом писателю не откажешь. Но к литературным условностям, ко всем этим экспозициям-завязкам-развязкам он относится без всякого трепета. По-моему, необъятный цикл "Колесо времени" принципиально не может ничем закончится - по крайней мере, пока жив сам Роберт Джордан. Не удивительно, что поклонников у этого сериала во всем мире множество: эскапизм нынче в моде. Я, увы, к ним не принадлежу. Жизнь - она, разумеется, бесконечно разнообразна. Но искусство совсем не обязано отбрасывать условности и уподобляться реальности до такой вот степени.