Распознавание образов левым глазом

Описывать путешествие из пункта П. (Петербург) в пункт М. (Москва) - любимое занятие русских писателей на протяжении последних нескольких столетий. Дорога - идеальная метафора жизненного пути: взросления, возмужания, постижения смысла бытия. На нее, как шашлык на шампур, легко накалываются самые разные эпизоды. "Роад-стори" - в этом жанре написаны многие классические произведения, от Радищева до наших дней. Герои нового романа Логинова отправляются в путь на самом неторопливом транспортном средстве, какое только существует: асфальтовом катке. Пешком и то быстрее. А если учесть, что для катка подходит далеко не всякая дорога, да и топливо нужно специфическое, путешественников ждет множество неожиданностей и удивительных приключений. Одна история про "вино из одуванчиков" чего стоит!.. Издатели, выпустившие эту книгу в той же серии, что и свеженький роман Михаила Успенского, ненавязчиво позиционируют "Дорогой широкой" как ироническую фантастику. Между тем тоски по вымирающим деревням и разворованным колхозам в романе Логинова уж точно не меньше, чем иронии. Тот, кто возьмет эту книгу, чтобы посмеяться, будет сильно разочарован. Прекрасно понимаю издателей: подобную книгу достаточно сложно уложить в определенный "формат", "бытовая фантастика" сегодня не востребована, вот и приходится искать обходные пути. С другой стороны, Святослав Логинов внес неоценимый вклад в отечественную фантастику и несомненно заслужил право писать то и так, как ему хочется, без оглядки на рыночную конъюнктуру. Уж пара десятков тысяч читателей у него при любом раскладе наберется.

Нижегородец Андрей Плеханов, как известно, предпочитает крупную форму. Сиречь романы. Но рассказы с повестями, на мой взгляд, удаются ему как минимум не хуже. Большинство произведений малой и средней формы, вышедших из-под пера Плеханова, собрано на страницах "Левого глаза". Книжка, по-моему, получилась примилейшая (и совершенно не похожая на самый известный плехановский цикл о простом русском демоноборце Демиде Коробове). Главное достоинство Плеханова - умение убедительно и точно описывать психологию обычного человека, оказавшегося в фантастических, небывалых обстоятельствах. Гораздо проще передать реакцию на появление маленьких зеленых человечков супермена-звездопроходца, чем среднестатистического российского врача или инженера - супермен к неожиданности всегда готов, а нормальный человек реагирует на нее спонтанно, и потому естественно. Опять же, с чувством юмора у автора все в порядке: даже такую тоскливую тему, как ультразвуковая диагностика в России, Андрей обыгрывает с блеском, ухохочешься. А пародия на сценарий голливудского фильма "Человек человеку кот"? В общем, доктор Плеханов, конечно, не доктор Чехов, но в своей весовой категории очень даже ничего. А некоторые его произведения - например, заглавная повесть сборника или рассказ "Холст, свернутый в трубку", - неплохо смотрелись бы и на страницах какого-нибудь толстого литературного журнала вроде "Знамени" или "Нового мира". В общем, есть повод порадоваться, что этот писатель остается с нами - в нашей фантастической песочнице, так сказать.

Герои повести братьев Стругацких "Возвращение. Полдень, XXII век", отправившись в межзвездную экспедицию, стали жертвой временного парадокса и вернулись домой на сто лет позже, чем планировали. В итоге будущее, которое они должны были строить собственными руками, приняло "перестарков" в добрые и ласковые объятия... Персонажи Василия Щепетнева, звездолетчики с корабля "Королёв", попали в схожую ситуацию. Только на родину их звездолет вернулся немного позже: то ли через восемь, то ли через шесть (автор в показаниях путается) тысячелетий после старта. Вместо теплого и уютного мира Полудня, не знающего войн и насилия, лжи и подлости, экипажу "Королёва" открылась преображенная Земля, пережившая глобальную катастрофу и ввергнутая во мрак нового Средневековья. Вот и пришлось вчерашним звездопрохродцам срочно переквалифицироваться в рыцарей, возводить крепость и брать под свое покровительство несколько близлежащих деревень. Главный герой романа, доблестный рыцарь Кор-Фо-Мин (он же бортинженер Фомин со звездолета "Королёв") выполняет тяжелую и ответственную миссию представителя "замка Кор" на земле, в небесах и подземном Навь-Городе. Однако обстоятельства складываются таким образом, что герою, усердно играющему роль дона Руматы, то и дело приходится браться за расследование загадочных преступлений. Каждое из которых служит тревожным звоночком, предупреждением об очередной надвигающейся катастрофе. Если не особенно привередничать, то читаются "Хроники Навь-Города" легко и с приятно. Занимательный сюжет, обаятельные персонажи, живые диалоги - что еще для счастья надо? Хотя сам я, признаюсь, с большим удовольствием познакомился бы с очередной серьезной вещью воронежского фантаста.

Все три романа Алексея Пехова о гениальном воре Гарете собраны наконец в одном капитальном томе. Именно с этих произведений три года назад началась литературная карьера молодого писателя из Балашихи. На сегодняшний день Алексей Пехов - практически единственный на постсоветском пространстве автор "авантюрно-приключенческой фэнтези", развивающий традиции не столько Желязны и Толкина, Ле Гуин и Говарда, сколько Дюма и Сабатини. В этом, на мой взгляд, главный секрет его успеха, успеха у самых разных поколений любителей фантастики. Тех, кто помоложе, привлекает сюжет, выстроенный по классическому (а значит - беспроигрышному, хотя и несколько подзабытому) образцу. Те, кто постарше, интуитивно узнают героев, проникших в книги Пехова из "Хроник капитана Блада", "Трех мушкетеров", "Графини де Монсоро" и т.д. В результате довольны и те, и другие - если, разумеется, не ждут от этих произведений концептуального прорыва. Впрочем, для дебюта "Хроники Сиалы" очень неплохи: Алексей Пехов один из немногих постоянных авторов серии "Фантастический боевик", который может рассчитывать оставить реальный след в фантастике двухтысячных. Не даром именно его омнибусом "Армада" открыла новую подарочную серию. Что же до концептуальных прорывов, то и они придут - дайте только время. Главное, чтобы писатель не удовлетворился достигнутым и не пристроился почивать на лаврах. Но Пехову это, по-моему, не грозит.

Чудесная религия - вуду. Демократичная и политкорректная по самое некуда. Удивительный культ, в котором каждый может почувствовать себя богом. Или, по меньшей мере, скакуном, коего оседлало божество. Нечто подобное случилось и с полицейским Биллом Дембси, несколькими месяцами ранее случайно застрелившим уличного торговца-латиноса. Мушка, крохотный дефект в стекловидном теле глаза, появившаяся вскоре после трагического случая, заставляет Билла видеть странные, фантасмагорические, невозможные вещи. Что это - месть родственников и друзей убитого, проклятие вуду? Или наоборот - редкое везение, неожиданная удача? Ученый по этому поводу затеял бы целое исследование, зарылся в древние фолианты, детектив же начинает частное расследование. В ходе которого узнает немало любопытного и о "случайной" жертве, и о напарниках-копах, и о себе самом... "Мушка" - яркий образчик современного североамериканского "магического реализма". Люциус Шепард, много лет проживший в Латинской Америке, успел пропитаться атмосферой, в которой выросли Борхес, Кортасар, Касарес и многие их коллеги. По мере сил автор "Мушки" переносит традиции этой литературы на свою родную почву, бережно сращивая с традициями прозы Хемингуэя и Фицджеральда, Дика и Желязны. Экзотический росток акклиматизировался успешно - хотя сомневаюсь, что читатели из Латинской Америки узнают вкус плодов, которые он сегодня приносит.

В общем-то, "Распознавание образов", самый свежий роман Гибсона - не совсем фантастика. Ни зеленых человечков, ни баронов и драконов, практически никаких формальных признаков "жанровой" литературы... Ничего выходящего за пределы возможного. Главная героиня романа, Кейс Поллард (если помните, у Гибсона уже фигурировал персонаж по имени Кейс) обладает способностью интуитивно чувствовать контекст эпохи и безошибочно определять, насколько тот или иной продукт, тот или иной брэнд придутся ко двору, можно ли их "раскрутить" и пустить в серию, сделать модными и популярными. Она первой улавливает новые тенденции - в этом и заключается основная специализация Кейси. История крутится вокруг фрагментов некого фильма - то ли уже отснятого, то ли находящегося в процессе съемки, - время от времени появляющихся в Интернете. Перед Кейс встает задача найти автора этого фильма, сумевшего вызвать нешуточную вспышку интереса к продукту, возможно, не существующему в реальности. Мир рекламного бизнеса, маркетинговых агентств, пиарщиков и промышленных шпионов нового, только что начавшегося века, прописан Гибсоном не менее тщательно, чем в свое время мир хакеров, блуждающих в киберпространстве. Странное ощущение оставляет перевод романа: с одной стороны, некоторые фразы приходится перечитывать по два-три раза, чтобы понять, о чем речь, с другой стороны - предложения выстроены четко, точно и грамматически правильно. Вероятно, причина в большом количестве малоизвестных в России брэндов и специальных терминов, на перечислении которых в значительной мере основан стиль этой любопытной книги. "Распознавание образов" - обязательное чтение для тех, кому до сих пор небезынтересно, как далеко от "Нейроманта" сумеет уйти Уильям Гибсон.