Навигация в широтах трэша

Режиссер Максим Пежемский Фото: кинокомпания СТВ

- Максим, по сравнению с емкой лексикой первой "Мамы не горюй" в новом фильме много нехороших, вялых, липких слов - "электорат", "горизонталь власти", "креатив"…

- Ну, а что делать? Во-первых, это показывает, как меняется поэтика криминальных времен на - посткриминальных. А она лучше не становится, она становится хуже - и в реальности. А во-вторых, что ж, сейчас на языке Пушкина говорить? К сожалению, это не так, хотя хотелось бы. Но не говорим же? Пушкин изъяснялся гораздо более воздушно и красиво, а мы же с вами так не разговариваем?

- Ну, во сне…

- Никогда, я вас умоляю. Пушкин-то и "Луку Мудищева" написал при этом. А в-третьих, это нужно сказать горькое спасибо нашему сценаристу, который не вложился на полную силу, хотя мог.

- Первая "Мама" покоряла не столько сладкозвучной феней, сколько гибким, живым русским языком, а сюда вклинивается какая-то канцелярщина гнусная.

- А что поделаешь, реальность такая, какая бы ни была грустная, такая она есть. Что нам теперь из принципа эти слова вообще не называть?

- …такая выразительная родная речь…

- А она кончилась.

- Кончилась?

- Один фильм был криминальный, и фактура требовала феню, у меня все на распальцовке говорили. Этот фильм - другой, более сюжетный. У нас даже те, кто постарше в фильме, не все новые слова знают. Один "креатив" чего стоит. А люди помоложе их и вовсе отрицают. Я их в контексте сюжета использовал. У современной речи нет настолько яркой фактуры, которую можно было бы использовать впрямую. Вот как вы скажете про сегодняшний день - пиаровская речь? Да блевать от нее хочется, понимаете?

- Технологичная?

- Романтики там нет никакой. А что жизнь не такая, что ли? Все эти пиар-технологии масс-медийные, они подменили собой реальность. Вы не видите, что ли?

- Заметно, что герои подустали…

- Да, устали. Устали от жизни. Актеры устали от суеты этой мутной, сериальной и никакой. Но мы и хотели усталость эту использовать в нашу пользу.

- Вы назвали фильм приветом всем сиквелам, а разве сиквелу полезно, когда герои меняются, развиваются, живут как-то? Им же вроде полагается олицетворять незыблемость, там, идеалов, походки. Вот как у вас в кино - жили-жили и устали…

- Так про это и фильм, что что-то происходит. Я это и хотел использовать. Но, кстати, не сказать, что персонажи сиквелов в чистом виде возвращаются. Вот, пожалуйста, Терминатор. Возвращается: был подонок, в следующем фильме - сама доброта. Смотря как придумать. Главное, чтобы это работало, и работало интересно. Это ведь немножко формальный ход - использование положительных или отрицательных красок, это сугубо формальный такой ход. Другой вопрос, что действительно у нас получились уставшие персонажи. А что, персонажи в такой реальности, которая вот сейчас строится на подмене события его брендом и торговой маркой, неужели не видно, что это без большой радости все воспринимают? Мы про это и сделали фильм, что реальность подменена. Скажем, масс-медийная фактура ее подменила, как в свое время все подмяла под себя криминальная. И она гораздо беднее по лексике, она гораздо беднее по смыслу, она убогая, она циничная, она паскудная. Чисто формальная - подонство, пришедшее к власти, это четко очевидно.

- А внутри вашей жизни тоже что-то поменялось, или это наблюдение вчуже? Лично к вам это вторгается?

- Вторгается, конечно. "МНГ 2" появилась тогда, когда на ТВ должен был пойти наш фильм "Как бы не так". Я обзвонил всех актеров, а его раз и не показали, и так в течение десяти месяцев давали отбой. Продюсер по моей просьбе спросил, почему такие действия?


А в ответ:


- Так, у нас же предвыборный год.
- Ну, и что с того?
- Мы не можем, мы масс-медиа.
- А мы-то здесь при чем?
- Так у вас же там коррумпированный милиционер…


Можете вы представить, что мы, когда снимали фильм, думали бы: а коррумпированный у нас милиционер, или нет? Совершенно разные принципы работы в кино и на телевидении. Я хочу сказать про то, что мы - враги. У нас все установки на работу и на деятельность категорически разные. Вот только после этого события я, уже ужасно разозлившись, понял, кто является нашим недоброжелателем. И мы тогда сняли фильм, который четко показывает, как масс-медиа работает. Может быть, масс-медийные люди даже удивлены, что мы на них вот так вот смотрим, без любви. Вроде бы, они никому зла не желают, но при этом какие поступки… Все, что связано с банальностью, это для них родное, обратите внимание. Это входит в понятие телевидения. Оно изо дня в день вещает-вещает-вещает-вещает, бесплатно, заметьте, вещает, периодичность соблюдает. Одни сериалы чего стоят. Каждый похож на другой, как те капли. Банальность - это их принцип. Поэтому мы никогда не породнимся. Вот эта природа банальности, вошедшая в ранг водителя мыслями, мыслеводителя, она довлеет всему. Такие действия требуют ответа конкретного. Мы и ответили.

Фото: кинокомпания СТВ

- Должен же быть какой-то метод против этого, такой "Чужой" против "Хищника"?

- Нет. Только один - быть самими собой. Делать то, что хочется самим, и на них вообще не оглядываться.

- Так это бой на территории риторики, где тебя твоим же словом и приложат, как нечего делать, и употребят…

- Ну да, сам факт, что они возьмут, и наш фильм этот покажут. Ну, а что делать-то? Пойти снести Останкинскую башню?

- Так уже горела.

- С ними не надо воевать в открытую, а просто не позволять им себе диктовать в кино. Все, что они делают про кино, это рождено банальностью, потому что очевидна разница между штучным и массовым. Медийные граждане - в силу своего масштаба, проката, рейтинга и всякой такой дребедени, - они обязаны работать на массу, их тоже можно, в общем-то, пожалеть, что они так упрощают сами себя. Но такая система - быть упрощенными. Ну, значит, наверное, разные у судьбы, и все. Все понятно про них, чего там говорить-то про них? Они не стоят того количества слов.

- Вы когда-то были в рядах ленинградской киногруппы "Че-паев", это была история про независимое, параллельное кино. Сегодня тоже есть всплеск активности в эту сторону. Как-то это в ладах с нынешними временами, или с вашим давним опытом? Вы следите за этим?

- Пытаюсь, но не так много я вижу. Я стараюсь независимые картины все смотреть. В "Синефантоме" я не бывал. Ну, дай Бог, если это будет получаться, я не любитель объявлять все какой-то альтернативой чему-то там. Я считаю, если каждый будет сам собой, то это и будет уже альтернатива, вот и все. А объединенные эти все в силы какие-то альтернативные, независимые, а чем они, собственно, объединены?

- Союзам доверия нету?

- Нету. Параллельное движение развалилось как только развалилось то, чему надо было параллелиться. Кто мешал режиссерам параллельного кино снимать фильмы дальше? Никто. А они не снимали. Или снимали полную дребедень, интересную только узкой группе сподвижников…

- Держались энергией сопротивления?

- Да, абсолютно. А сейчас нет смысла. Занимаются протестом те, которые не могут ничего самоценного сделать. Протест - это подмена содержания. Обратите внимание, как все эти параллельные картины не выдерживали больше, чем 20 минут. На тот момент это было уже неплохо. А когда дальше надо уже чего-то делать, есть публика своя, и можно уже работать с нею - без отрыва от народа - затык. Потому что народ - это те же самые мы. А если кто-то уходит в какую-то альтернативу, то это только пожалеть.

- Прокомментируете увиденное на "Кинотавре"?

- Самая и удачная, и интересная картина - это "Жмурки" Леши Балабанова, которая вызывает больше всего споров, сомнений, протеста. Цепляет и за ней есть тенденция. Это первая трэш-картина, сделанная в стране - сознательно сделанная как трэш. И при этом зрительская. Все остальные были абсолютно искусственные - либо неосознанно трэшевые, либо просто очень плохие, чтобы их трэшем называть. "Жмурки" четко сделаны с точки зрения кровавого трэша, который во всем мире годов так с восьмидесятых существует, а к нам только-только еще приходит. На месте критиков этого фильма, я бы не держался за так называемый "гуманизм". Если персонаж выпускает в другого персонажа чуть больше пуль чем обычно, то я бы не сооружал из этого проблему, а смотрел бы ради чего такое делается. С одной стороны, приятно, что средний возраст режиссеров, я так посмотрел, не столь велик. С другой - мне немножко грустно, что, по-моему, большое количество фильмов, вышедших в 2005-м году, задуманы, ну скажем, году в 2000-м - самое позднее. За это время столько всего изменилось, что они уже на уровне бумаги устарели. Мне сильно грустно видеть сугубо авторские работы, которые интересны только съемочной группе и критикам. К сожалению, критика у нас немножко дураковата, и ничего-то от их мнения не зависит - ни на гран.


"Жмурки" делались не для того чтобы быть на фестивале радостным откровением для критики. Критика не доросла до понятия "трэш", она и фильмов таких не видела. Она выросла в нецивилизованной стране, очень не продвинутой, зациклена сама на своем диссидентстве. Как правило, у нее еще и с возрастом все не очень здорово. Она зациклена на своих воспоминаниях о 60-х годах, когда было время, тра-та-та… Или о временах застоя… Да все это пройдено уже давно. Они не могут понять, что это первый фильм, в котором 90-е годы показаны как ретро. Вот это стоило бы обсудить. Критики сами еще не понимают, что они живут уже в 2005 году, а не в 90-х. Для них 90-е - сегодняшний день, поэтому сами они устарели по определению, эти люди.

Фото: кинокомпания СТВ

- Что по-вашему, строго говоря, "трэш"?

- Существует, например, целая группа - "Трома". Делает фильмы, где герои заведомо доведены до уровня одной извилины и рефлекса, чтобы ничего лишнего. Когда поступки персонажей сделаны с точки зрения одного рефлекса, обвинить их в неискренности невозможно. Это искренние персонажи. Авторы добиваются минимализма извилин сознательно, со своей целью. Другой вопрос, что цель - не в смаковании. Трэш ведь понятие широкое. Он не обязательно кровав. Возможен трэш исторический, батальный, мелодраматический - разнообразный. Он тогда рождается, когда появляется много кинопленок на какую-то тему. По достижении точки кипения у фильма появляется новое качество - трэшевое, мусорное, из обрезков, из обносков. Тогда выходит интересно. По-моему, сейчас вот это, наконец-то, забрезжило у нас после лешиной картины, а критики этого не видят.

- Вы как-то планируете сокращать промежутки между появлением ваших картин?

- "Мама не горюй 2" появилась, когда фактура пришла. Раньше бы ее не было. Скажем, лет шесть назад масс-медиа не имели такого влияния на общество. Поэтому базы для этой истории не было. А нынче я освободился от необходимости отыгрывать фактуру и могу делать все, что хочу, планов много.

- Расскажете?

- Хотелось бы сделать фильм про мир, где понятие человека или события подменено понятием бренда. Пытался с Пелевиным, но у нас не пошло. Про "бренд" надо изнутри ситуации рассказывать - на сюжетном уровне, чтобы само слово не звучало. Если б я знал как, то уже бы снимал. Надо сесть и написать, а мы только закончили картину. Еще есть идея фильма на национальную тему.

- По следам цитрусовых революций?

- Да нет, житейская история, максимально бытовая.