Страшное и мы

Комар живёт один день, кошка - тринадцать лет, а любовь - три года. И тут уж ничего не попишешь. В первый год между вами бушуют страсти - во второй вы относитесь друг к другу с нежностью - в третий вас съедает скука. На четвертый год вы думаете только о том, как бы с наименьшими потерями разойтись, и когда вам это наконец удаётся, чувствуете подъем духа. Подъем духа продлится до новой любви, которая сначала заманит сладкими картинками, а потом сдавит до хруста костей и выжмет все соки.

Бегбедер в совершенстве владеет бойким и лёгким слогом. Все злоключения своего лирического героя он описывает с колким юмором и стойкой нежностью - так, что над ними хочется умилённо хлюпать носом. Правда, и злоключения все на умилительном уровне: там перепил, тут недоспал, здесь попал в неловкое положение. Барахтаться в паузе между любовными удачами несладко, но если ты молод и горяч, пауза не затянется. А новый день принесёт новый опыт. Есть шанс, что он окажется неожиданным.

"Мужчина без женщины дичает: несколько дней одиночества - и он перестает бриться, мыться, урчит по-звериному. Человеку понадобилось несколько миллионов лет, чтобы прийти к цивилизации, а вернуться в неандертальское состояние можно дней за шесть. Я всё больше похожу на обезьяну. Чешу между ног, ковыряю в носу и ем козявки, хожу раскорякой. За столом набрасываюсь на жратву, ем руками, закидываю в себя, как в помойку, всё подряд: колбасу со жвачкой, сырные чипсы с молочным шоколадом, кока-колу с вином. После еды рыгаю, пукаю и харкаю. Вот вам портрет молодого французского писателя-авангардиста".

Коротко о страшном - много-много раз. Ежи Сосновский с упоением маньяка перебирает все пугающие его темы: у каждой утрирует сюжет, в каждую добавляет фантастические детали. Упорядочивает, закольцовывает, наводит блеск - и страх готов. Страхи в глянцевых обёртках выставлены на книжный прилавок - выбирай, кому какой нравится.

Отличная книжка - из тех, что написаны ловко и качественно, без претензий, на волне вдохновения. Посмеяться над своими страхами - богатая психотерапевтическая идея. Когда за неё берётся мастер слова, результат радует глаз. А самые затаённые ужасы в глубинах бессознательного прыгают от удовольствия - потому что и им наконец потрафили.

"Ковёр опять зашевелился, будто толкая меня в аквариум, в смердящую бездну. И я понял, что слышу его мысли:


- Я был маленьким крокодильчиком. Теперь я - голодный крокодил. Я ждал. Теперь уже не жду. Если не проглочу тебя, умру с голоду. А Бася больше плакала бы обо мне, чем будет плакать о тебе.


Я понял, что он прав. Становилось всё темнее, потолок опускался всё ниже.


Красный язык обвил мои ступни".

Девочка-подросток живёт с отцом, её мать погибла при трагических обстоятельствах, когда девочка была совсем маленькой. Отец холоден и зол; девочка ненавидит отца и однажды решается удрать из дома. По счастливой случайности она попадает в прекрасную семью, где становится общей любимицей. Интересно, что прекрасная семья - негритянская, и девочка в ней единственная белая. Тема расовых конфликтов в романе всесторонне рассматривается: авторский взгляд гуманистичен настолько, что слаще уже и не представить.

Трудно поверить, что роман был написан в наши дни. Но он не только написан в наши дни, а ещё и вышел в США в бестселлеры. Всенародная тоска по доброму, светлому, справедливому, похоже, захлёстывает. А на волне этой тоски такая книга - настоящий подарок.

"Над деревьями пророкотал гром. Я подумала о чаепитиях моей мамы, о крошечных бутербродиках для кукольных ртов, и это повергло меня в печаль. Может быть, оттого, что мне так хотелось самой всё это увидеть. А может, оттого, что все бутерброды наверняка были с ореховой пастой, любимым лакомством мамы, а я была к нему совершенно равнодушна. Ещё я подумала о стихотворении, которое Августа заставила её выучить, - помнила ли его мама и после замужества? Лежала ли она в постели, слушая храп Т.Рэя, повторяя стихотворение про себя и мечтая убежать куда-нибудь с Робертом Фростом?"

Мужчина встречает женщину, влюбляется в неё так сильно, как может. И женщина влюбляется в него так сильно, как может. Но история развивается совсем не по канонам: на месте, где должно было быть счастье, вырастает гора недомолвок и лжи. Потому что женщина оказывается не простой, а с тайной. Причём тайна из разряда страшных - из тех, замалчивать которые грешно.

Но мужчина молчит, а скелет в шкафу гремит костями всё громче и громче. Если на стене висит ружьё, оно рано или поздно выстрелит. Если в шкафу сидит скелет, он рано или поздно выпрыгнет и передушит домочадцев. Кэрролл написал многозначительную сказку с несчастливым концом - ничего нового, они у него все такие: банальный сюжет - странно-страшный поворот - и мистика, мистика в количествах, необходимых для густого тумана. Пусть сплав времён, и темнота, и голоса, и дырка в небе - декор на месте, можно ехать.

"Я их не знал, но оба мне уже очень нравились. Лили умна и слишком много говорит. Я представил себе, как просыпаюсь рядом с ней, а борзая оккупировала половину кровати. Потом войдёт сонный Линкольн и присядет на уголок постели, греясь на солнце, падающем на голубые одеяла. Какая она по утрам? Что они обо мне думают? Увижу ли я их ещё, или какая-нибудь случайность всё испортит, и я упущу свой шанс? Я был романтиком и верил, что двоим иногда достаточно мгновения, чтобы узнать друг друга и почувствовать друг к другу симпатию. Разве это невозможно? Мне и раньше везло, и потому я верил, что наша встреча не станет единственной".

Главный герой романа - писатель. Темперамент у писателя сангвинический, энергии у него с избытком, а в голове его - полный хаос. Поэтому с писателем всё время что-то случается. Девушки, идеи и проблемы падают на него, словно с неба, и каждая требует повышенного внимания умеренно экстравагантного, самонадеянного, суетливого чудака. Писатель рад бы всем помочь, да только сам всё время тонет.

Грюнберг написал роман про человека, который кажется ему совершенно безумным - и именно поэтому симпатичным. Кругом гладь, тишь, порядок, скукота, ответственность и обязательства - а тут такая взрывная энергия! Для Голландии, где живёт Арнон Грюнберг, его герой, видимо, и впрямь большой оригинал. Но в наших широтах таких героев хватает с избытком, а вот в ответственных и обязательных гражданах нужда выше крыши. Поэтому роман иногда смешит, а иногда и раздражает. Плавали потому что. Знаем.

"Я откупорил шампанское. Мы распили полбутылки. Ребекка улеглась на водяной матрас, сам я всё так же сидел на диванчике. На классической волне звучал концерт для виолончели. Шелестел дождь. Ребекка задремала, а я стал думать о своей заблокированной кредитке и о пяти других кредитках, пока что не заблокированных, а также о семи мужчинах Ребекки и о докладе моей жены о невменяемости.


Затем я вспомнил тот день, когда моя будущая жена пришла-таки забрать свои трусы - их набралось уже штук четырнадцать. У неё был с собой небольшой саквояж, она поставила его на пол возле дивана. Трусы она засунула в полиэтиленовый мешок. Я не стал спрашивать, что у неё в саквояже. Трусы забирали, саквояжи приносили: жизнь - это неразрешимая загадка. Мы с ней по-прежнему много пили, но уже далеко не всё подряд".

Один день из детства девочки изменил всю её жизнь. Случилось страшное, но долгие-долгие годы она хранила страшное в тайне. А на старости лет вдруг решила рассказать, потому что сил скрывать прошлое не осталось.

Немецкая оккупация Франции, группа местных детишек, сумевших подружиться с немцами. Чёрная река, волшебная рыба-щука, которая исполнит любое желание, если её поймать. Мать, которая страдает от мигрени и медленно сходит с ума. Злые детские игры, опасные детские мечты. Фантасмагорическая обстановка, в которой закручивается водоворот взрослых и детских страстей.

Виртуозный, экспрессивный, захватывающий роман.

"Но этот день был необыкновенный. Я помню его так же ясно, как некоторые сны, он ярче и отчётливей высвечен в памяти, идеально сфокусирован среди расплывчатых и мутных события того лета. Впервые всё выстроилось в чёткой последовательности, и в первый раз я испытала невиданное умиротворение, чувство, что я в ладу с собой и с жизнью, что если захочу, этот изумительный день будет длиться вечно. Подобного я больше, пожалуй, никогда в жизни не испытывала; хотя, наверное, нечто сходное случалось у меня оба раза при рождении моих дочерей, ну и разве что разок-другой с Эрве, и ещё, если когда что-то готовлю, всё получается именно так, как хочется. Но в тот день это чувство было подлинное; живительный эликсир, на всю жизнь".

Путевые заметки. Удобный жанр для наблюдений, размышлений, быстрых сюжетов и неторопливых зарисовок с натуры. Что ни день, новые люди и новые истории. Дина Рубина открыта впечатлениям, а в кармашке у неё блокнотик; она не пропустит ни одного чужого слова, запомнит все повороты, краски и запахи.

Официальные путеводители трудно читать, потому что в них нет живости, - безличный голос повествует о безличных достопримечательностях. Совсем другой коленкор - путевые заметки писателя, который без устали восхищается великолепными видами, ищет Тайну решительно в каждой старой ступеньке, доверительно размышляет о судьбах стран и народов и охотно сближается со случайными соседями, которые оказываются интереснейшими людьми. Это приятное чтение. Спокойное, умиротворяющее - а ещё и с красивыми картинками.

"Уфф!.. Въезжаем в Равелло!


Увитые остролиственным плющом каменные стены античной виллы Руфоло, её мраморные аркады, издали - словно вывязанные тонким крючком; сабельный блеск пальм, черные конусы кипарисов на тёмно-голубом фоне неба, мощь гигантских пиний, разметавших свои жесткие кроны над праздничной россыпью мандариновых, гранатовых и лимонных плодов на хрупких деревцах, и повсюду с этой немыслимой красоты окрест - слепящая холодная синева Средиземного моря с малахитовыми прожилками глубин - роскошь, избыточная для бедного, давненько лишённого рая человеческого воображения".