Застрявшие на краю ночи

Меня настораживает, когда книгу покойного писателя заканчивают его друзья и коллеги. "Возвращение с края ночи" задумывалось как совместный роман Свиридова и Бирюкова, что отчасти снимает противоречие. Мысль, что идеальное произведение искусства способно нарушить вселенское равновесие и привлечь внимание неких надмировых сил, мягко говоря, не нова. Ноу-хау авторов этой книги в том, что подобным артефактом здесь оказывается оружие. Пистолет, в кустарных условиях созданный российским Кулибиным-самоучкой, становится объектом вожделения Светлых и Темных сил, превращающих размеренную жизнь бывшего инженера-авиастроителя, а ныне техника с подмосковной очистной станции, в самый настоящий приключенческий роман. В первой части он отбивается от навалившихся супостатов "на своей земле", во второй - отправляется в турне по цепочке параллельных миров, странных, порой нелепых, порой смертельно опасных... Не знаю, как выглядел бы этот роман, если бы Алексей Свиридов дожил до публикации, но сейчас между частями чувствуется серьезный "перепад потенциалов" - я уж не говорю о том, что некоторые многообещающие сюжетные линии (например, линия Художника из параллельного мира, то ли создавшего нашу Землю, то ли открывшего на нее дверь) были соавторами поспешно свернуты. Тем не менее, я удивлен, что "Возвращение с края ночи" опубликовано в принципиально "неформатной" серии "Другая сторона" издательства "Форум", совсем недавно заинтересовавшегося фантастикой. По-моему, последний роман А. Свиридова мог бы выйти и под более раскрученным брэндом - хоть в "Эксмо", хоть в "АСТ", хоть в "Лениздате".

Собрав волю в кулак, Человечество разгромило Чужих, поначалу продемонстрировавших подавляющее превосходство в живой силе и технике. Древняя раса "воспитателей"-эсис, планировавшая направить человечество "на путь истинный", повергнута во прах. Но мало кто из детей Земли знает, что самые страшные сражения этой войны разгорались не в открытом космосе и не на укрепленных космических базах. Самое страшное - это подавление мятежей на человеческих планетах, мятежей, спровоцированных эсис, за тысячи лет до блеска отточивших технологию зомбирования представителей "младших народов". Только генерал Ланкастер и его солдаты знают, каково это - стрелять не по чужакам, головы которых "вместо волос покрывает мох", а по обычным человеческим женщинам, прикрывающимся собственными грудными детьми. Именно поэтому перевод на некую периферийную планету, жители которой никак не желают отказаться от варварского обычая совершать набеги на геологов Конфедерации, он воспринимает как долгожданный отпуск. Но не тут-то было: в рукаве враг припас еще один козырь... Алексей Бессонов, пожалуй, единственный наш фантаст, который способен создавать космооперы в традициях "Золотого Века" американской НФ, в духе Хайнлайна и Азимова. Размах, эпичность, неоднозначные герои, не обуреваемые в то же время интеллигентской рефлексией - все это есть в его книгах. По крайней мере, в зрелых произведениях. Генерал Ланкастер, главный герой "Стратегической необходимости", каратель, палач - и в то же время спаситель Человечества, близок к персонажам Владимира Покровского, обыгравшего этот парадокс в "Парикмахерских ребятах" и (отчасти) "Танцах мужчин". Только Бессонов, дитя иного времени, подходит ко всей этой ситуации куда оптимистичнее - и выводы делает, само собой, абсолютно иные.

В общем и целом, этот сборник - выжимка из серии малотиражных антологий "Сакральная фантастика", которую выпускало издательство "Мануфактура". Лучшее (по мнению составителя, Д. Володихина) из написанного членами Литературно-Философской Группы "Бастион". Поскольку членов "Бастиона" объединяет не столько единство литературных приемов, сколько лояльность к Империи и Традиции, произведения в "Томе..." собраны очень разные. От классического романтического рассказа о призраках ("Дорсет" Ольги Елисеевой) до фэнтезийного миниэпоса Сергея В. Алексеева "Сказание о войне Троеликого" и беллетризированного жития Святой Блаженной Ксении Петербургской в изложении Далии Трускиновской. Теоретически все эти тексты объединяют мистико-религиозные мотивы. На практике же хор получился не слишком стройным. Кажется, участники антологии понимают под "сакральностью" совершенно разные, несхожие вещи, да и сам составитель не в силах четко, не в общих словах сформулировать, что же это за направление такое. Авторский коллектив, впрочем, подобрался неплохой: помимо Алексеева, Елисеевой и Трускиновской тут и оригинальный стилист Никита Красников, и восходящая звезда социальной НФ Кирилл Бенедиктов, и сам Дмитрий Володихин. В общем, все как у людей: что-то написано на твердую пятерку, что-то на тройку с минусом, что-то читается "навылет", что-то - с трудом. Хороший сборник, оригинальный по задумке и вполне достойный по воплощению. Во всяком случае, для издательства, не обладающего возможностями главных игроков на рынке - "АСТ" и "Эксмо".

Современная антиглобалистская фантастика напоминает позднесоветские антиутопии: в основе своей она столь же однообразна и навязчива. И столь же предсказуема. "Во всем виноваты коммунисты", - внушали нам пятнадцать лет назад. "Во всем виноваты глобалисты", - внушают сейчас. Не удержалась от искушения поэксплуатировать расхожие штампы и Яна Дубинянская. Писательница осторожно и корректно обращается с темами, болезненными для большинства отечественных авторов, но факт остается фактом: полку антиглобалистов прибыло. Два общества, два взаимоисключающих начала обитают на некой абстрактной планете. Единый Глобальный социум - и дикий, свободный, безмятежно-жестокий Гау-Граз, упорно отстаивающий право жить по своим собственным людоедским законам. Два мира: в одном - серое однообразие будней и высочайшие технологии, полная функциональность во всем и вопиющее отсутствие сверхидеи. В другом - пестрое разноцветье языков, одежд, верований, и нищета, и убожество быта, и постоянная война, забирающая самых лучших, самых сильных мужчин... Дубинянская, лучшая ученица Марины и Сергея Дяченко, прекрасно умеет рисовать психологические портреты героев. В данном случае - того самого "Гаугразского пленника", захваченного бравыми горцами, и его сестры, посвятившей жизнь освобождению брата. Увы, в книге слишком много предсказуемого, слишком много банальностей, чтобы принимать ее всерьез. И еще один момент покоробил в "Гаугразском пленнике": стараясь "выжать слезу" из читателя по максимуму, Дубинянская допустила грубую математическую ошибку - если у жителей Глобального социума рождается по одному, максимум по два ребенка на семью, это общество обречено вымереть в течение нескольких поколений. Никаких войн не понадобится. Социология - наука точная, но чтобы сложить два и два знание высшей математики совсем не требуется.

Примета последних трех-четырех лет: рассказы и короткие повести становятся все более востребованными. В итоге количество их, понятное дело, растет, зато качество... Очередной сборник "Русская фантастика", в котором, по идее, должны быть собраны лучшие произведения российских фантастов, сотрудничающих с "Эксмо", на сей раз не радует. То есть опытные бойцы продолжают выдавать на-гора вполне приличные рассказы: Александр Громов, Борис Руденко, Олег Овчинников, Кирилл Бенедиктов и - как бы сам по себе, как бы совершенно отдельно - психоделический Василий Мельник... Но вот с авторами новыми (или теми, кто раньше рассказов не писал/не публиковал) настоящая беда. Оно и понятно: пока новеллы мало интересовали издателей, их писали только те, для кого такое времяпрепровождение было совершенно органично и естественно. Но как только "малая форма" стала престижной, в эту область ломанулись толпы авторов, зачастую одаренных весьма скромно. В дело были пущены сочинения, писавшиеся для сетевых конкурсов, фрагменты незавершенных романов, чуть ли не отходы студенческой самодеятельности, извлеченные из древних архивов. Составителей можно понять: книга стоит в плане, читатель жаждет очередную антологию, том надо выпускать во что бы то ни стало, а значит - надо чем-то его заполнять. С коммерческой точки зрения продукт получился вполне конвенционный: вот вам авторы бестселлеров (Василий Головачев, Вадим Панов), вот вам талантливая молодежь, необходимые пропорции соблюдены... Ну, а на то, что некоторым брюзгам вроде вашего покорного слуги не все слава богу, по большому счету, можно закрыть глаза.

Если бы "Беглая книга" вышла в оформлении и с аннотацией, намекающими на сходство с "Кодом Да Винчи" Дэна Брауна и "Клубом Дюма" Переса-Реверте, широкая популярность детищу Анны Мурадовой была бы гарантирована. Такое сходство, безусловно, есть: во-первых, вся интрига закручена вокруг книги - бретонского перевода Библии, сделанного в XVII веке и тогда же преданного анафеме. В разные эпохи перевод этот попадал в руки самым разным людям - то бретонскому священнику, то немецкому офицеру, - но никому так и не удалось удержать его надолго. В наше время Библия всплывает в Москве, и тут же кладет начало цепочке грабежей и убийств. Расследовать это дело выпадает обаятельной даме постбальзаковского возраста, ученому-этнографу из МГУ, этакой помеси мисс Марпл и букиниста Корсо. А с другого конца к бретонской Библии подбирается нечистая сила в лице рыжего беса-Паоля, со стародавних времен стремящегося уничтожить сей священный текст... "Беглая книга" - одно из редких в нашей фантастике произведений, на страницах которых можно не только узнать о приключениях героев, об их душевных борениях и жизненных неурядицах, но и получить некую весьма любопытную информацию общекультурного плана. Например, познакомиться с мотивами (вполне здравыми, между прочим), которые заставили в свое время официальную Церковь осудить перевод Книги на бретонский. Кроме того, автор неплохо разбирается в жизни московской "кельтанутой" тусовки - собственно, представители этой субкультуры и должны стать главными читателями "Беглой книги". На мой взгляд, при умелом маркетинге целевую аудитория можно было бы существенно расширить, но что поделаешь: снявши голову по волосам не плачут.