Жертва нашего времени

Режиссер Кирилл Серебренников

- Как появилась идея перенести спектакль на экран?

- Это не перенос спектакля! Фильм вообще не имеет к нему никакого отношения, потому что сценарий фильма и пьеса, по которой поставлен спектакль, - очень разные вещи, как по теме, так и по настроению. И даже те сцены, которые смешны в спектакле, совсем по-другому воспринимаются в фильме и наоборот. Кроме того, некоторые персонажи и сцены вообще специально написаны для фильма. Незыблемым остался только монолог Капитана. А родилась идея случайно: однажды в интервью я сказал, что это был бы выигрышный материал для кино. Мы пообщались с продюсерами Натальей Макрицкой и Леной Савельевой, и они сказали: ну, давай, что-нибудь сочиняй. Вот так, из разговоров и возник этот фильм.

- А сама история - чем интересна? Ведь можно было и что-то другое снять...

- Я просто думаю, что у продюсеров была надежда, что этот фильм может быть интересен зрителю, потому что у спектакля успешная история: аншлаги, несмолкающий смех. К тому же, для своего первого продюсерского опыта они решили подстраховаться и выбрать что-то надежное. Потому что когда берется новая история, непонятно, как воспримет ее зритель. А тут более-менее гарантировано. Я думаю, все связано со страхом риска, потому что рискуют они собственными деньгами.

- Актерский состав вы сменили, чтобы дистанцироваться от спектакля?

- Абсолютно верно. Все артисты замечательные, и в спектакле, и в фильме. Но если бы остался прежний состав, то было бы трудно рассказать историю по-другому.

- Артисты из спектакля не обиделись?

- Вы знаете, я признался, повинился, извинился... У меня был особенно трудный момент - Алла Борисовна Покровская и Лия Меджидовна Ахеджакова дружат много лет. И вот я извинился перед Аллой Борисовной: извините, говорю, вот такая ситуация. Мне кажется, они поняли и не обиделись.

- Смысловой посыл тоже сменился?

- Да. Герой в чем-то другой. В спектакле принципиально то, что это некий мальчик из хора, один из. И это человек без свойств, что обычно очень трудно играть. Петя Кислов играет очень здорово, не зря он за эту роль получил "Хрустальную Турандот". Юра Чурсин - ровно наоборот, поэтому персонаж намного активнее существует в фильме, чем герой Валя в спектакле. Собственно, от этого все и шло.

Лия Ахеджакова в фильме Кирилла Серебренников "Изображая жертву"

- Вот Олег Пресняков говорил в одном интервью об этом герое как о представителе молодого поколения, который не может разобраться в себе, поскольку живет в сложное время, толкающее его на такую странную жизнь... Насколько, по-вашему, реален этот герой? Где его можно встретить?

- Где угодно, например, перед театром "Современник" на Чистых прудах я вижу их каждый вечер! Мне кажется, это очень узнаваемый персонаж. Более того, его черты есть и во мне, и в вас, и в каждом. Это человек, который очень чего-то боится, и страхи перед огромным трудным миром он реализует через игру и притворство: в чувствах, в действиях, в работе. А на самом деле, все, чего он хочет, - спрятаться в самый дальний угол и не вылезать оттуда.

- Я так понимаю, братьям Пресняковым пришлось полностью переписать пьесу под спектакль. Вы как-то участвовали в этом процессе?

- Да-да, конечно, к тому же, мы очень хорошо понимаем друг друга, мы же, как выяснилось, родственники (братья Пресняковы и Кирилл Серебренников случайно нашли общих дальних родственников. - Ред.). Так что все люди - братья, а мы с Пресняковыми - так особенно.

- Останутся ли в фильме элементы юмора и абсурда?

- Конечно, другое дело, что они по-другому реализуются. Мы сделали черную комедию. Я надеюсь, что там много смешного. Но мы пытались искать смешное в документальном и включили в картину много документальных съемок "живой" камерой.

- Я слышал, что есть анимационные вставки? Кто их рисовал и сколько они занимают по времени?

- Не очень много, но они очень важны - это сны героя, его видения, связанные с сюжетом и с его страхами. Я люблю комиксы как жанр. Я подружился с питерскими художниками, которые одни из немногих в России серьезно занимаются комиксами и близки мне именно по своему артистическому наполнению. Другими словами, это не просто мультики или рисованные истории, но это еще и арт. Зовут художников Алена Лебедева и Роман Соколов. Это ребята, которые работали на подготовительном периоде и сделали анимацию.

Кадр из фильма Кирилла Серебренникова "Изображая жертву"

- Вы, наверное, тот самый человек, который хорошо может высказаться по поводу отличия работы театрального и кинорежиссера. Понятно, что об этом можно говорить много, но что вам первое приходит на ум?

- Во всяком случае, в технологии работы с артистами эта разница точно присутствует. Грубо говоря, в театре я должен заставить артиста излучать, представлять и создать иллюзию реальности. В кино же, наоборот, я должен поместить артиста в реальность и зафиксировать, что с ним происходит, а именно, поместить в обстоятельства, в которых его организм будет существовать документально. Это совершенно разные технологии.

- Вы наверняка много читаете пьес и сценариев. Могли бы оценить уровень новизны и оригинальности у нынешних авторов?

- Вы знаете, мне кажется, у нас в кино мало идей и идеологии. Я имею в виду не государственную идеологию, а художественную. То есть, грубо говоря, люди, зараженные идеями и желающие их высказать через кинематограф, - это такая дешевая самореализация, достаточно вялая, потому что общество очень плохо понимает, что оно из себя представляет и как оно устроено. Либо это желание развлечь публику хоть какими-то способами. Мне кажется, победят те люди, которые придут в кино с социальной идеологией.

- Чего ждете от участия в конкурсе фестиваля?

- Мне сказали, что конкурс в этом году очень сильный, отчего у меня желание, как у Вали, - убежать, спрятаться и не участвовать в нем. Я вообще считаю, что конкурсов в искусстве не бывает.