«Отдых в том, чтобы смотреть красивое, слушать умное и кушать вкусное»

Лара Галль

- Вы спрашиваете о любимых писателях? Тогда Гессе, вся проза Губермана, весь Довлатов, Достоевский, Окуджава. Петрушевская, Улицкая, Толстая - у них люблю все без исключения.

- В каких интернет-проектах вы сейчас заняты?

- На сайте "Проза.ру" мы с друзьями выпускаем внутрисайтовый журнал "Копирайт". Стараемся в море текстов найти стоящие и развернуть вокруг них обсуждение - просто чтобы литературный процесс шел и сам себя очищал хоть как-то… Как говорит мой друг, интернет и поголовная грамотность сыграли с литературой злую шутку: каждый грамотный теперь может заделаться писателем. А литература - это не столько то, что написано литерами, сколько дух, раздвигающий пределы, положенные этими литерами. Что еще… Вхожу в жюри конкурса "Звездные копи", организованного внутрисайтовым журналом "Копирайт" совместно с бумажным журналом "Южная звезда". Еще я обозреватель ежегодного конкурса "Вся королевская рать" на портале "Что хочет автор".

- В одной рецензии кто-то назвал вашу прозу женской. Как вы думаете, разделение прозы, поэзии по половому признаку может быть обидным для автора?

- Не понимаю, что тут обидного, правда. Женщина всегда пишет как женщина. Ей другим просто нечем писать - биохимия, нейрофизиология обрекают. Неделимое ведь существо. Истина, как всегда, одна, и ее, как всегда, хватит на всех, чтобы описывать пути к ней. Это квинтэссенция литературы, не так ли? Мужчины читают Улицкую и не думают, что читают женскую прозу. Ну а дамское чтиво редко кто из них станет читать. Зато это чтиво - прекрасная психотерапия для женщин. Знаете, лингвист (и теолог, кстати) Клайв Льюис в каком-то рассказе говорит, что вещи делятся не на полы, а на роды. Почему-то "гора" - женского рода, а "ветер" мужского. Думается, в литературе тоже скорее родовые разделения...

- Как бы вы охарактеризовали стиль вашей книги: интеллектуально-философская литература или книга для отдыха?

- Я с такой книгой хорошо отдохнула бы. В том смысле, что читается повесть, как пьется. Но повергает в раздумья - это тоже верно. Потом, есть "отдых в том, чтобы смотреть красивое, слушать умное и кушать вкусное", как говорит одна подруга моя, верно? Вот такой отдых от моей книги можно ожидать.

- Какие отношения у вас с вашими "френдами"? Какие самые запоминающиеся отзывы вам писали?

- Ох… Вот сложное это. Влюбляются в основном. В тексты, конечно, но проецируют на меня. Держу платоническую линию, стараюсь никого не обидеть. Но это очень изнуряет эмоционально. Так что отношения с "френдами" находятся в состоянии живой, мерцательной такой напряженности. Но мне везет на благородных поклонников. Они чтят мой старомодный кодекс верности в браке и рыцарствуют в средневековом стиле. Кстати, неизученному еще феномену виртуальной любви как раз и посвящен мой роман "Буквенный угар".

- Ваши творческие планы на ближайшее будущее?

- Я не человек планов. Я скорее фаталист. Сочувственно отношусь к попыткам людей влиять на свою судьбу и формировать ее. Но у меня на это нет куража, что ли. Я знаю, что мне надо прожить свою жизнь, но следую не своим жизненным планам, а неким знакам, сигналам на пути, которые распознаю как-то… Не объяснить. Ничего мистического, это такое простое - доходишь до чего-то и понимаешь: теперь туда, а теперь ждать. И это согласуется с моими понятиями и выборами всегда. Так жить - уязвимо и больновато, но по-другому в меня программа не заложена. Мне хочется писать, очень хочется, но я не уверена, что это будет нужно кому-то.