Васильевские этюды

Гуманитарии, получившие образование в отечественных ВУЗах, поймут. Почти каждое учебное пособие, всплывающее из пыльных библиотекарских глубин, предваряет дисциплину, подлежащую изучению, крайне занимательным историческим экскурсом. Студенты-циники, как правило, перелистывают эти вводные главы и вгрызаются в самую суть "гранита". Лирики же не торопятся перейти к сухой теории и словно жемчужины нанизывают добытые знания на ниточку того, что на факультетах иностранных языков принято называть "background knowledge".

Так "Философия педагогики" заставляет их по-новому взглянуть, к примеру, на события 1917 года, а параграфы, посвящённые проблемам этногенеза носителей древних диалектов, уже самой своей тематикой дают повод для неисчерпаемых исторических фантазий.

"Этюдам о моде и стиле", собравшим под одним переплётом статьи и эссе знаменитого историка моды, искусствоведа и театрального художника Александра Васильева, не грозит томление на библиотечных полках. Изысканных иллюстраций не коснётся шариковая ручка, синими чернилами подводящая русским балеринам и актрисам гусарские усы, а размышления об эволюции одежды не созданы для пометок на полях и подчеркиваний маркером. Иными словами, книга, адресованная самой широкой аудитории, написана ярко, живо и со вкусом. А "жемчужин" в ней столько, что хватит не ожерелье, которому позавидовала бы любая модница Серебряного века. Вот лишь горстка:

"Сколько ни старались коммунисты оградить советскую женщину от западного влияния моды, всё же им до конца сделать это не удалось. Так, даже в годы жесточайшего террора 1930-х годов наши модницы умудрялись шить себе подобие скроенных по косой нитке длинных платьев, доставали меховые горжетки, носили модный волнистый перманент, красились в блондинок и выщипывали брови".

"Люди, одетые "по-русски", легко узнавались на улицах Парижа - рукава пальто и курток, воротники свитеров, сумки и галуны брюк были украшены именем Готье, написанным кириллицей. К тому же парижане были подготовлены к подобной русификации моды успехом недавних фильмов на русские темы - "Парк Горького", "Ночное солнце", "Московский твист", песней "Никита" Элтона Джона, ставшей шлягером Стинга. А тут ещё суровые зимы двух прошлых лет и вообще извечный интерес французов к "русской жизни".

"Профессия манекенщицы в эпоху ар-деко была "говорящей". Девушкам приходилось рассказывать своим клиенткам, часто на нескольких языках, о моделях, которые они показывали, об особенностях ткани, кроя или отделки. Вот почему именно русские полиглотки, с детства знавшие по два-три языка, особенно ценились. А главное - манеры".

"Изголодавшиеся по хорошей жизни, а часто попросту никогда не видевшие её солдаты и офицеры советской армии старались отправить домой всё, что попадалось им под руку - это называлось "самообеспечением". Так скудный мир советской женщины стал обогащаться французскими духами и немецкими одеколонами, наручными часами, мехами, обувью, шляпами, тканями и уже готовыми платьями с чьего-то плеча. […]Но в трофейной моде не обошлось и без курьёзов. Жёны офицеров, получая посылки с нижним бельём, принимали крепсатиновые ночные рубашки с кружевной отделкой за вечерние платья и приходили в них в Большой театр".

"Девушки-дизайнеры видят современного русского мужчину начала ХХI века кастрированным кукольным существом в юбках и кружевах; его следует посадить в спальне на подушку и любоваться им, словно игрушкой. Тема Верки Сердючки в мужской моде также сильна - меховые шубки и вышитые беретки, даже вуалетки. Да, в России, которая в большинстве состоит из женщин и представляет собой "бабье царство", такое отношение к мужчине явно не повысит и без того низкую рождаемость".