"Я не приручаю читателей"

Набирающий популярность писатель Дмитрий Стародубцев по-хорошему непредсказуем. Каждая его новая книга не похожа на предыдущие.

"Шерас" - роман-энциклопедия. "Семь Колодцев" - околоавтобиографическое (по определению автора) произведение. "Сильвин из Сильфона" - глобальная социальная драма. И, наконец, "Вытхуянцы в Сочи" - настоящий литературный бурлеск, искрометное повествование о похождениях провинциалов в предолимпийском Сочи. Презентация этой книги прошла в рамках XXI Московской Международной Книжной выставки-ярмарки. А OZON.ru решил выяснить, какие мысли бродят в голове столь непредсказуемой писательской единицы.

- Как Вы начали писать?

- Писать я начал рано, наверное, лет в 7 или в 8. Сначала это были стихи, кстати, девочкам очень нравились. Потом, лет в 12-13 - маленькие рассказики. Отец у меня любил литературу, стихи. Он научил меня основным правилам стихосложения. Дома у меня была очень хорошая библиотека. Я много читал. Отец выписывал журнал "Литературная учеба", который я проглатывал буквально от корки до корки. Сколько себя помню, я все время стремился писать. Вообще я считаю, что натура писателя устроена так, что он не может не писать. Один хочет вырастить самую красивую на свете розу, другой - сконструировать какой-то небывалый автомобиль. А писатель хочет создать свой мир. Мир людей, взаимодействующих друг с другом.

- Когда Вы перешли от рассказов к романам?

- В 16 лет я написал свой первый роман о любви. Речь в нем шла о том, что юноша написал портрет девушки-островитянки, а потом влюбился в нее. Конечно, это была такая… неумелая попытка, плохо структурированная. Но это было интересно! Скажем так, первый серьезный шаг в направлении литературы.

- Как Вы придумываете книги?

- Писатель - чаще всего человек с очень сильным воображением. Он может представить себе вещи, скажем так, малопредставимые. К примеру, мы сейчас сидим, и вдруг раздается телефонный звонок. Я поднимаю трубку, а на другом конце - я же. Мы начинаем разговор друг с другом. Вот сюжет большого, интересного романа. Он может быть связан с параллельными мирами, с пространственно-временными континуумами. На самом деле, придумать и написать интересную книгу очень трудно. Большинство современных писателей создают обезличенных персонажей, без зазрения совести тянут друг у друга сюжеты. Поэтому читатель не может увидеть этих людей, место действия произведения, почувствовать его атмосферу. Чтобы написать хорошую книгу, надо, говоря телевизионным языком, "все время видеть картинку". И описывать ее современным сжатым языком.

- Какую свою книгу Вы считаете самой лучшей?

- Самая лучшая моя книга - всегда самая последняя. Чего греха таить, все время добавляется опыт. Книги все время становятся интереснее, динамичнее… Хотя первая моя книга "Шерас" при всей ее объемности по-прежнему мне очень нравится.

- Как Вы относитесь к распространению произведений через интернет?

- Мне нравится, когда автор дает возможность как можно более широкой аудитории прочитать свои тексты. Бизнесмены от литературы стараются выжать из произведения все. Но большинству населения плевать на эти потуги. Ему хочется читать свободно. Человек приходит в библиотеки, чтобы читать. Людям хочется получать знания и информацию. Они находят ее в сети. И я приветствую авторов, которые свободно распространяют свои произведения через интернет. С другой стороны, есть примеры авторов (Глуховский, Экслер), которые раскрутились благодаря интернету. Поэтому мы можем также воспринимать публикацию текстов в сети как инструмент раскрутки.

- Издавались ли Ваши книги на других языках?

- Предложения были, хотя с точки зрения издательства "КГД" ("Креативная Группа Дмитриади"), с которым мы работаем, они пока не заслуживают внимания. Но такие публикации будут - я не сомневаюсь. Пока мне интересно быть именно русским писателем. Я люблю русский язык; я нежу его, я ласкаю его; я борюсь с ним. И как это будет выглядеть на других языках - мне не совсем интересно.

- Кто первый читатель Ваших книг?

- Первый читатель моих книг - жена. Иногда она получает книгу целиком, иногда - по главам. Она и ценитель, и советчик, и консультант, а иногда - и строгий критик.

- Есть ли реальные прототипы у Ваших героев?

- У моих героев есть реальные прототипы, например, Вовочка из "Семи колодцев". Здесь и сам он, и истории с ним происходившие правдивы на 90%. Но это - скорее исключение из правил. Мы редко встречаем на улице людей сюжетных, судьба которых целиком годилась бы для книги. Потому персонажи - собирательные.

- Вы отвечаете за тех, кого приручили Ваши книги?

- Писатель не должен быть конъюнктурщиком; хотя таковых большинство. Нормальный автор делится тем, что у него в душе. Он вкладывается в смысловой подтекст, дарит читателю свою энергетику. Я не приручаю читателя, я делюсь с читателем. Делюсь своей болью, своей радостью, своей энергетикой. Только так!

- Как Вы относитесь к современной литературе?

- К современной литературе я отношусь не очень хорошо... Хотя я рад, что она вообще существует (смеется). Погоня писателей за звонкой монетой убивает духовность. В результате в душу читателя льются реки из помоев, бреда и графомании. Читателя ведут от сложного к простейшему. И может так статься, что наша литература скоро превратится в инфузорию. И лишь иногда в этом океане лжи и грязи мы видим островки настоящей литературы.

- Какая книга за последнее время произвела на Вас самое яркое впечатление?

- Самое яркое впечатление за последние годы - это "Парфюмер" Зюскинда. Там великолепная стилистика, подача материала, язык, сама история. Все это в комплексе дало гениальный роман. В то же время другие книги этого автора меня не привлекли. Почему? В этом, наверное, и заложена гениальность отдельного конкретного произведения. Возвращаясь в более молодые годы, я назвал бы О'Генри, Чехова и Алексея Толстого.

- Во что или в кого бы Вы хотели превратиться, если бы была такая возможность? Кем стать?

- Я хотел бы, в первую очередь, быть счастливым человеком. Все остальное - менее значительно. К сожалению, я не знаю, может ли быть писатель счастливым человеком? Возможно ли это? Ведь писатель творит, когда страдает; когда свои страдания он превращает в книги. Несомненно, в творчестве много позитива. Но, как мне кажется, современный писатель является человеком, достающим современный мир из ада. В этом состоянии невозможно быть счастливым...

- Есть ли у Вас запретная тема в творчестве? То есть то, о чем Вы никогда писать не будете.

- Я писатель-"правдист", реалист. Что думаю, то и пишу. Стараюсь правдиво описывать мир. Но я никогда не буду писать порнографию. Это - не мое. Мне интересна психология людей, а не манипуляции с сознанием читателя, вводящие его в состояние возбуждения. Я могу критиковать власть, если она этого заслуживает. Делать это я уже не боюсь.

- Существуют какие-то вопросы, которые Вас раздражают?

- Существуют вопросы, которые сразу оскорбляют. И тип людей, который их задают. Остальные - вряд ли.

- У Вас есть мечта?

- Написать книгу, которая потрясет весь мир!