Соловьев и Ларионов

ID 4570190
Мне нравится 7
9
У меня это есть

Языки: Русский

Издательство: Новое литературное обозрение

ISBN 978-5-86793-707-2; 2009 г.

Дополнительные характеристики
Страниц
352 стр.
Формат
84x108/32 (130х200 мм)
Тираж
1000 экз.
Переплет
Твердый переплет

Нет в продаже

От производителя

В жизни каждого генерала обязательно есть тайна. Отправляясь в мир иной, он оставляет ее разгадку будущему историку. Приходит время, и историк берется за дело. Он исследует архивы и собирает устные свидетельства. Он ищет потомков генерала, охотится за его бумагами и даже встречается с другими историками. Увлеченный своими поисками, историк не замечает, как поле исследования постепенно превращается в минное поле. Становится ясно, что жизнь историка (и это уподобляет ее жизни генерала) полна опасностей и тревог. Потому что в любом своем исследовании он изучает наименее познанное: самого себя.
Роман представляет научную жизнь в самых разных, порой весьма неожиданных ее проявлениях.
Сообщить о неточности в описании
 
 

Статьи, обзоры, рецензии

Шорт-лист навигатора

Шорт-лист навигатора

19 мая на традиционном Литературном обеде премия «Большая книга» огласила список финалистов сезона 2009/2010. В «короткий список» попали произведения известных авторов, книги, отмеченные премиями и читательским спросом в прошлом ...

Май 2010 г.

Рецензии и Отзывы

Сортировать по: 
Оставить отзыв
Подписка на новые отзывы

1

9

 

Гладкопись,

Ну да "филологический роман", написанный с профессиональным знанием о ритме, предмете ( российское научное гуманитраное сообщество). Известное высказывание Шкловского, кажется, относительно обязательного умения филолога написать внятный художественный текст, восприняли на ура очень мрогие и Водолазкин в частности. Роман получился пресноватым, почти без погрешностей против вкуса ( исключеение - совершенно ненужная инвектива в адрес журналиста "Махалова"), вполне себе читаемым. Сильных эмоций не вызывал - собственно вещица очеень ровная и без нажиима. Авторские английского толка юморизмы, ссылки на несуществующие книги, описание конференции скорее понравились, но ощущение необязательности этой прозы, декоративности и выхолощенности меня не покидало. При желании можно приписать автору и идейную составляющую - пустота исследователя сравнительно с пеодметом исследования, например, но ведь генерал тоже не так, чтобы мощно выписан. Скорее любование красотой жеста есть со стороны историка - но едва ли авторская мысль сводится к тому, что это единственная возможность и потенциал исторических штудий. У меня складывается мнение, что филологические романы становятся чуть ли не геттовым по отношению к мэйнстриму подразделом, ну там как детектив или НФ, например. И как геттовая литературы наиболее удачными из них становятся либо откровенно жанровые юморески - "Овидий в изгнаниии", "Путь и шествие", либо как раз вещицы на стыке с остросюжетными вещами. Лишенные этого романы типа "Соловьева" или "Каллиопы" обладают предикатами маньеризма и у меня лично большого интереса не вызвывают. Есть куда как более яркая и эмоциональная книга о сложных отношениях филолога и предмета его исследования - "НРЗБ" Гандлевского, на фоне которого роман Водолазкина по контрасту выглядит более немочным, чем является. Справедливости ради надо отметить, что уже в "Лавре" Водолазкин пытался дать огня и очень разнообразить манеру, "переиначить" канон жития. Проект более амбициозный и по результатам ( при ряде издержек) впечатлил мееня побольше.