Мусульманин

, 17 июня 2002 г.

ВЛАДИМИР ГОЛОДЫШИН (Россия/БАЙКАЛЬСК) все отзывы

Вовремя услышать тревожный набат времени и, что главное, ярко и зримо отобразить его на кинопленке – неимоверно трудно. Каждый год снимается великое множество картин о дне сегодняшнем, но проверку временем проходит лишь малая толика того, что осталось на целлулоиде. «Мусульманин» Владимира Хотиненко – достойное исключение. Дело даже не в том, что наша безысходная действительность взглядом то ли русского мальчика Коли, обращенного в мусульманскую веру, то ли новоявленного афганца Абдулы, по счастливой случайности (счастливой ли?), возвращенного уставшей ждать (или жить?) русской деревенской женщине, именуемой МАТЕРЬЮ вопреки неуместным законам суровой жизненной логики, изображена безжалостно, надрывно, точно, заставляя нас вспомнить неутешительную национальную поговорку о кривой роже и ни в чем не повинном зеркале. Под утомительное блеяние спившегося крестного, похмельное рычание старшего брата-неудачника, нечленораздельное гуление блаженного пастуха Генашки, сдавленный вой отчаявшейся старухи-матери и бесшабашное предзакатное пение продавщицы из сельпо, отдавшей мнимого любимого «Америке-разлучнице», мы становимся очевидцами трагедии, коих в жизни так много, что и времени нет вслушаться, вдуматься, опомниться…
Кто-то может упрекнуть режиссера в излишнем нагнетании страстей, в очередной – и очень удачной! – попытке самобичевания под улюлюканье западной цивилизованной общественности, которой наруку подпитка подобных представлений о восточном соседе. Напрасно. Зеркало не лжет. И, может быть, хотелось бы, чтобы не ОНИ, а ОН, пришлый, стыдясь собственной душевной неустроенности, тащил комбикорм, когда стемнеет, изредка баловался плотскими утехами с изрядно потасканной Верой («А как? А все так!»), пил горькую по праздникам и будням, гонялся за невесть откуда свалившейся зеленой «халявой» и, забывшись в очередной раз, поглядывал на манящий крюк в дощатом потолке. Ан нет! Коля-Абдулла бормочет что-то на фарси, вызывая то оторопь, то насмешки, то неизвестно откуда взявшуюся ненависть, и живет так, как ему подсказывает совесть, истинную цену которой знает лишь он, пришлый. Может быть, потому так закономерен мрачный финал фильма: словно в детской считалке, этот парень, «в котором что-то есть», оказывается лишним, не менее лишним, чем оставшийся в живых офицер-афганец, и, боюсь, целые поколения молодых и уже не очень молодых людей. Жива память израненного сердца, но по-прежнему теплится надежда, что удастся дотронуться рукой до маковки затопленной церквушки, и наступит очищение, и придет счастье, вернее «бюль-бюль», вернее любовь…
Этой надеждой и живем, вопреки всему…

х/ф Мусульманин, 17 января 2006 г.

Р А (Россия/) все отзывы

Показаны: праведность раба Аллаха и реальная картина российской деревни.