Все разделы
  • @
  • «»{}∼


Г. Л. Олди: «Необходимо поделиться душой»

Генри Лайон Олди

Дмитрий Громов и Олег Ладыженский — Генри Лайон Олди — прославленные авторы произведений в жанрах научной фантастики и фэнтези, отмечены многими престижными премиями, в том числе и званием лучшего писателя-фантаста Европы на конвенте Eurocon.

Алекс Бертран Громов

Беседовал Алекс Бертран Громов

Как вы начинаете работу над новой книгой — на бумаге или в компьютере?

Начинаем мы, как ни банально, в голове и сердце. Когда возникают тема, идея, наброски будущего сюжета, возникают какие-то яркие эпизоды и фрагменты — мы встречаемся и очень долго беседуем. При этом мы часто бродим по улицам, рискуя в увлечении попасть под машину, и обсуждаем, обсуждаем... А потом начинаем работать над планом будущей книги — в компьютере. И лишь после составления плана в общих чертах начинается работа над текстом — тоже в компьютере.

На бумаге работали до 1994–1995 года. Потом обзавелись компьютерами, и необходимость в бумаге отпала. Теперь она нужна для распечаток — финальную редактуру мы обязательно делаем с бумаги.

У большинства ваших главных героев есть нечто общее, или они совсем разные?

Общее у героев наших книг одно — это мы.

Путь меча

В каждого персонажа, будь он главным или третьестепенным, надо вложить частичку автора.

Душу, сердце, привычки, манеры, жизненный опыт, жестикуляцию, мимику, биографию, комплексы, неврозы... Говоря высоким стилем, необходимо поделиться душой. Иначе персонаж не оживает. А картонные фигурки неинтересны никому, в том числе и читателю.

Появление электронных книг сильно повлияло на литературу или оказалось, что ридер — всего лишь новый носитель, принципиального влияния не оказывающий?

Сам гаджет вряд ли может повлиять на литературу, её цели или идеи. Носитель, не более того. Тут мы видим скорее влияние интернет-общения вообще, в целом. Клиповое мышление, потребность в коротких текстах, коротких формулировках, неумение долго концентрировать свое внимание на чем-то одном, вытеснение текста картинками — всё это привело к тому, что романы становятся все короче, превращаясь в повести или сериалы (блок коротких историй), а писатели начинают работать в манере киносценария, постепенно смещаясь в синопсис.

Вы активно переводите свои книги в аудиоформат, что побудило вас к этому?

Побудили нас к этому издатели и чтецы аудиокниг. Сначала на нас вышли представители ряда фирм, которые записывают аудиокниги, и предложили сотрудничество. Разумеется, мы с радостью согласились. Позднее у нас установились контакты с замечательными чтецами, которые озвучивают книги — и кое с кем из них мы стали сотрудничать напрямую. Одну аудиокнигу мы начитали сами.

Вообще, аудиокниги в последнее время – всё более востребованный формат (хотя и менее популярный, чем бумажные и электронные книги). Мы с удовольствием осваиваем это относительно новое для нас поприще — и, как показала практика, наши читатели это только приветствуют.

Что, на ваш взгляд, чаще всего ищут в фантастике современные читатели?

Читатели разные. И ищут они разное. Одни хотят отдохнуть, развлечься интригой и действием. Другие хотят убежать от скучных и серых будней, где им неуютно, в буйный карнавал фантастики. Третьи хотят ярких переживаний, нестандартных ситуаций, необычных персонажей – короче, хотят нового. А есть такие, которые хотят получше разобраться в себе и окружающем мире, а для этого им нужна фантастическая изюминка, возможность взглянуть на привычные вещи с непривычной точки зрения, под неожиданным углом.

Вы в своем творчестве часто обращаетесь к классическим мифам — достаточно вспомнить «Ахейский цикл». Или к историческому антуражу, как в «Пути Меча» или «Ойкумене». Какое значение мифология и история, которая часто тоже пронизана мифами, имеют для вас самих и для людей нашего времени?

Книги Генри Олди
Восставшие из рая

Мы полагаем, что наша с вами история — не история, а мифология.

Набор мифов, которые мы считаем истиной и с завидной регулярностью разочаровываемся в них, чтобы создавать новые. Поэтому, говоря о крахе колоссальной империи, который сами однажды пережили, мы обращаемся к «Махабхарате». Рассуждая о бессмысленности войны, о тихой гавани семьи, о родине и возвращении, мы берем «Одиссею». Таким образом, мы говорим: все уже было, мы не первые и не последние. Мы — одни из ряда, и Одиссеи с Арджунами живут на соседней улице. Новых мифов нет. Есть вечные. Осада крепости: мы в кольце врагов, плечом к плечу — или еще один штурм, и цитадель зла падет. Ну, это смотря откуда смотреть. Золотой век — он всегда в прошлом и всегда по нему скорбим. У врага рога, копыта и хвост, у союзника нимб и белые перышки в крыльях. Бог с нами, черт с ними. Мы тасуем эту колоду карт уже которое тысячелетие и все никак не наиграемся.

Сейчас часто бывает так, что в одном произведении смешаны черты разных жанров. Бывает ли так у вас — и какие жанры лучше всего сочетаются с фантастикой?

Мы всегда писали на стыке жанров. А с фантастикой чудесно смешиваются любые формы литературы: исторический роман, сатира, утопия или антиутопия, сказка, притча, и, наконец, реализм. Да-да, реализм фантастике необходим, иначе ничего не получится. Реализм поступков и действий, мотиваций и помыслов, причин и следствий.

Как связаны в ваших книгах Прошлое и Будущее?

Как связаны? Через Настоящее.

Герой должен быть один

Собственно, у нас нет прошлого — его столько раз переписывали в угоду политике или пропаганде, что мы и сами не знаем, как оно там было вчера или позавчера.

О том, как из-под людей выдёргивают прошлое, мы даже написали несколько книг. А будущее нас всех тоже интересует как прогноз, прорицание, ответ гадалки, задача которого — напугать нас или успокоить, не более того.

Поэтому мы часто пишем о времени — о том, что оно нелинейно, что у каждого человека свое время, отличное от времени других, что жить надо сегодня и сейчас...

Какие темы вас, как писателей, больше всего интересуют?

Как это ни банально прозвучит, темы нас интересуют вечные. Жизнь и смерть, любовь и ненависть, верность и предательство, дружба и вражда, взаимопонимание и нетерпимость, жажда нового, неизведанного и закукленность в собственном ограниченном мирке. А вот декорации, в которых мы разворачиваем эти темы, могут быть совершенно различными: прошлое, настоящее и будущее, выдуманные миры и наша старушка-Земля самых разных эпох, далекий космос и земная мифология, фэнтези, научная фантастика и мистика, гротеск, фантасмагория и подчеркнутый реализм...

Над каким произведением вы сейчас работаете?

Мы только начали работу над новой книгой, и поэтому говорить о ней вслух еще рано. Но летом, в конце июня, у нас выходит в свет новинка — роман «Свет мой, зеркальце». О нём говорить можно и нужно, но лучше всего прочитать аннотацию: «Борис Ямщик, писатель, работающий в жанре «литературы ужасов», однажды произносит: «Свет мой, зеркальце! Скажи...» - и зеркало отвечает ему. С этой минуты жизнь Ямщика делает крутой поворот. Отражение ведет себя самым неприятным образом, превращая жизнь оригинала в кошмар. Близкие Ямщика под угрозой, кое-кто успел серьезно пострадать, и надо срочно найти способ укротить пакостного двойника. Удастся ли Ямщику справиться с отражением, имеющим виды на своего хозяина – или сопротивление лишь ухудшит и без того скверное положение? В новом романе Г. Л. Олди, как в зеркале, отражаются темные и светлые уголки человеческой души, и временами свет меняется местами с тьмой».

Есть ли у вас настольные любимые книги, и что именно они вам дают?

В разные периоды жизни это могут быть самые разные книги: Гоголь и Диккенс, Стругацкие и Желязны, Алексей Толстой и Булгаков, Ремарк и Конан Дойл, Марк Твен и Роберт МакКаммон, эпосы разных народов... И дают они нам разное. Эмоциональное настроение, восхищение (в очередной раз!) стилем и образностью, толчок для собственной фантазии — и просто увлекательное чтение.

Что бы вы хотели пожелать читателям?

Человечности.

Генри Олди Сильные

Сейчас, когда ненависть и корысть пронизывают все вокруг, человечность — редкое и необходимое качество.

Наша фантастика