Фауст | Гете Иоганн Вольфганг

Отличное подарочное издание в потрясающем алом исполнении, как символ подписания контракта кровью, с борельефным украшением нумерации страниц и золотым оформлением с черепом с розой и чернильницей с пером, в единственном переводе Пастернака, котором необходимо прочитать каждому стремящимуся к образованности человеку. Интересно, что бог здесь представлен более гуманным чем общеизвестный ветхозаветный стравивший братьев на братоубийство тестировщик, якобы удаляющи "багованные" творения, вышедшие из под контроля, как опороченные великаны, которые вероятно и построили великие монолитно-каменные здания Питербурга, с дверными проёмами под свой рост, по оффициальной датировке, до создания подъёмных кранов. Как бы говоря в итоге, что "человек себе - человек", не считающий себя греховным, как нам это преподносят, что финальное вознесение - как потеря человеческой формы и достижение целостности самого себя из Огня Изнутри - Карлоса Кастанеды, когда на смертном одре, отделённая искажением часть человека - Мефистофель, разобщается с разобщением формы Фауста и бога возвращаясь к целостной форме, другими словами - бог, Мефистофель и Фауст доктор, появляются вседствии разделения его сознания под давлением разделяющей вирусной мысли. Тогда как все представления людей - лишь описание их желаний - рай и вечная жизнь, как желание длительных наслажнений, ад - как безучастное отмщение, бог - как позволитель поощритель желаний. Как в Хранителях - Алана Мура, Комедиант - как озорной ребёнок, Филин - как остепенившийся разведёный семьянин, Роршех - как волевой детектив, расследующий убийство их внутреннего ребёнка попом, создавшим это разделение в человеке, с убийством расследующей волевой части человека с помощью машинной автоматики Махеттона, возникшего в следствии не логичности попской идеологии, после отказа остепенившейся остановившейся в борьбе части человека, давшего в итоге приговор, согласившись на молчание об обмане вирусной постановки вопроса. Другими словами - поп создаёт разделение в человеке на несогласного ребёнка, потому что "устами младенца глаголит истина", уставшего разведёнца, и продолжающего внутреннюю борьбу поисковика, и машинную автоматику, подменяющую внимание человека направленное на поиски причины диссонанса, не смеющего допустить, что тот кто выдаёт себя за человека ближе всех, является засланным в базу сознания диверсантом, проникшим в головной центр